– Гейшу зовут Юко, – робко продолжил тот.
– Где живет, чем дышит, выяснил?
– В общих чертах. Времени на большее не хватило. Девица она видная, пользуется спросом…
– Ну да, у моего сына губа не дура, – сердито заметил Павел Иванович. – Он на что попало не позарится. Высший сорт ему подавай! Сам его так воспитал. Каюсь!.. Ты это… Елизавете Юрьевне ни слова! – предупредил он охранника. – У нее сердце больное. И насчет прочих… Сболтнешь кому-нибудь лишку, язык отрежу!
– Я в курсе.
– Дальше рассказывай. Вижу, ты самое важное на десерт приберег?
Захару стало жарко под свитером, по спине покатился пот. Патрон в гневе был страшен, лучше под горячую руку не попадаться. А тут надо говорить ему кошмарные вещи.
– Юко снимает квартиру в Кузьминках… Но еще у нее частный дом есть, неподалеку отсюда.
– В Озерном? – удивился Павел Иванович, ощущая напряженный пульс крови в висках. Давление поднялось. Надо бы таблетку выпить, да недосуг сейчас.
– В общем, я пробил адрес по базе недвижимости. Коттедж достался Юко от родителей. Они погибли несколько лет назад.
– Вот как? Бедная сиротка, значит?
– Типа того, – замялся Захар. – Странная штука с этой гейшей, Павел Иваныч…
– Давай, не тяни резину! – побагровел Тисовский.
– Дом ее стоит чуть на отшибе… Поскольку далеко ехать не надо, я туда наведался час назад…
– Не мямли! – вскипел патрон, предчувствуя недоброе. – Я не кисейная барышня! Выдержу! – Он глубоко затянулся и выпустил сигарный дым к потолку. – Что у нее там? Притон? Курильня опиума? Малина бандитская?
– Хуже…
– Ну, как бы ни было больно мне это слышать… я готов.
Охранник сделал шаг вперед, наклонился и понизил голос:
– Машину свою я загодя в лесополосе спрятал, а сам пешочком к дому-то подобрался… Гляжу, окна темные, вокруг ни души. Тихо так, только снег шуршит и под ногами поскрипывает…
Пульс в висках Павла Ивановича забился сильнее, сердце заныло.
– Входная дверь оказалась открытой, – продолжал Захар. – Это мне сразу не понравилось. Достал оружие, переступил порог…
– К делу! – не выдержал Тисовский. – Подробности прибереги для чувствительных девиц!
– Тогда в двух словах. Коттедж был пуст, но я же дотошный… решил в подвал спуститься. Свет не включал, пользовался фонариком…
– Ты мое терпение испытываешь? – рявкнул патрон. – Не виляй! Говори, как есть!
– В подвале я обнаружил несвежий труп, – прошептал охранник.
– Что-о?.. В смысле – несвежий?
– С душком. Это была молодая женщина…
– Труп? Женщины?! Ты… ты в своем уме? – прохрипел Тисовский. – На что намекаешь?
– Я без намеков, Павел Иваныч… В подвале дома лежит труп: думаю, это хозяйка…