– Ого, – ответил он, медленно возвращаясь к двери. – Вот так легко?
– Да, вот так.
– Может мне просто оставить тебя в покое, пока расследование не завершится… или пока ты не поймешь, что дело закрыто. Бейли – наш парень. Хватит надумывать. Прекрати стараться быть занятой, чтобы игнорировать те чувства, которые ты испытываешь ко мне.
– Этим я не занимаюсь, – плюнула она.
– Я в этом не уверен, – ответил Рамирес.
– Мир не вращается вокруг тебя, – сказала Эйвери. – А сейчас, если ты не возвражаешь… закрой дверь, когда будешь уходить.
Было очевидно, что ему есть что ответить, но Рамирес предпочел промолчать. Хотя, он все же слегка хлопнул дверью на выходе.
Блэк снова вернулась к информации о жертвах. Все женщины… что еще? Было ли что-то, что она упускала?
Она задумалась о разговоре со Слоан и о типаже, который они составили. Возможно, им стоило взглянуть на ситуацию под другим углом, с новой точки. Было уже три часа ночи и, конечно, ничего особого придумать не удалось.
Понимая, что три часа сна совершенно бесполезны, Эйвери встала и размяла спину. Затем она снова села, откинувшись на спинку стула, и принялась изучать данные Кейши Лоуренс и Сары Осборн. Она искренне надеялась, что личность третьей жертвы поможет им связать все воедино.
Но пока у Блэк было лишь два трупа женщин, уставившихся на нее с бумаг на столе. В последние дни существования на земле, их превратили в пепел и Блэк хотела отрыть истории, которые они могли бы рассказать.
Она снова вспомнила о докторе Слоан Миллер и подумала, что именно она должна быть тем человеком, который поможет ей разобраться в этих трагедиях.
Эйвери дождалась шести утра, чтобы позвонить Слоан, и, услышав ее голос, с облегчением поняла, что та уже давно проснулась. Она находилась в кофейне, когда ответила на вызов, и с радостью согласилась встретиться с Блэк, когда придет в офис.
Так, спустя полчаса, Блэк оказалась в кабинете Миллер с кофе и маффином в руках, которые психолог купила для нее в магазине. Слоан положила свои вещи на стол, включила ноутбук и села.
– Итак, чем я могу помочь тебе? – спросила она.
– Я застряла на месте в том расследовании, где убийца сжигает тела своих жертв, – ответила Эйвери.
Она сидела в кресле, предназначенном для пациентов, и поедала свой мини завтрак. На минуту ей даже показалось, будто она просто болтает с близким другом.
– Я пытаюсь рассмотреть его глазами кого-то, кто мог бы использовать огонь в исключительно символическом значении без излишней заинтересованности и влечения к поджогам.