– Ну что ж, в путь, дружище, – хлопнул Джонни Кейдж Лю Кенга по плечу.
– Пути назад у нас нет, – сказал ученик шаолиньских монахов.
Утро следующего дня друзья встретили, карабкаясь и пробираясь по голым обрывистым склонам нагорья. Чтобы не сбиться с пути в лабиринте горных ущелий и каньонов, Лю Кенг и Джонни Кейдж держались по возможности ближе к краю каменистого нагорья.
Отвесные края нагорья казались непроходимыми. Обветренные скалы хмуро взирали на простершиеся от подножных осыпей гниловато-зеленые болота. Болота тоже казались безжизненными. Ни единой птицы не реяло над ними.
Вскоре друзья вышли к скалистому обрыву, голое подножие которого заволок туман, а вверху громоздились кручи, упиравшиеся в облака. С запада подул леденящий, пробирающий до костей ветер. Расстилавшиеся впереди болота на глазах изменили цвет, превратившись из мутно-зеленых в серо-бурые.
– Вот где нужно снимать фильмы ужасов, – вырвалось у Джонни Кейджа. – Если бы ты только знал, Лю, сколько денег тратится в Голливуде на то, чтобы построить декорации, которые хотя бы отдаленно по мрачности и безнадежности напоминали эти болота... А тут можно снимать прямо на натуре!
– Остается самый пустяк – перевезти съемочную группу через тоннель Времени, – мрачно пошутил Лю Кенг. – Только трудно гарантировать твоим киношникам, что они вернутся назад живыми.
– В этом ты прав, – вынужден был согласиться киноартист.
Место, откуда они начали свой путь, потерялось в бесцветной мгле. С Юго-Востока, где высилась Черная Башня, даль была отчеркнута мраком, как неподвижными клубами дыма. На вершине Башни мерцал ярко-красный огонек.
Вскоре внешний кряж нагорья начал сворачивать к северу. Друзья то карабкались по откосам, то брели по плоской складке от расселины к расселине, стараясь держаться ближе к десятифутовому обрыву. Но расселины попадались все чаще и становились все глубже. Джонни Кейдж и Лю Кенг уходили все дальше влево.
Через час они оказались в ущелье, где росли лишь частые суковатые деревья. Многие из них омертвели на корню от иссушающего ветра. Видимо, раньше здесь рос густой лес, но после покорения Внешнего Мира Императором, деревья поредели и сошли на нет, хотя пни торчали до самого края пропасти. Дно круто уходившего под скалу ущелья было усеяно битым камнем.
Скоро друзья поняли, что забрели в тупик. Кряж изломом направился к северу. Перед ними зияло глубокое ущелье. На противоположной стороне вздымалась на сто футов отвесная, точно срезанная, щербатая скала. Вперед пути не было.
– Нам не остается ничего другого, приятель, как попытаться спуститься в долину, – предложил Джонни Кейдж, посмотрев вниз, – иначе мы не выберемся из этого горного лабиринта.