Нет ничего сильнее любви (Винк) - страница 97

Галка на своем диване тоже негодовала не меньше матери. После этих дурацких посиделок она не просто хотела, она жаждала счастья для Кати назло ее матери. Полная идиотка! Клиническая! Галка знает – Катя пришла в их семью не просто так, это знак. Ох, не любила она это расплывчатое понятие, но иначе не скажешь. И подтверждения этому есть – Катя родилась в один день с мамой. Но любой скажет – подумаешь, это никакое не подтверждение! Но день-то не простой – Яблочный Спас. Подумаешь, возразит любой, в этот день родились еще три близкие вашей семье женщины – Маринка, сестра Вадима, Ксюха, Галкина подруга по институту, в прошлом депутат горсовета, а сейчас заведующая отделом помощи социально незащищенных, и Людмила Васильевна, директор вечерней школы. И что, все они пришли в жизнь семьи не зря?

Да. Не зря. И подтверждений тому бессчетное множество.

…Маринка появилась в ателье у Инны с куском дорогого шелка и желанием затмить на свадьбе саму невесту. Почему? Потому что невеста, и по совместительству сокурсница, отбила у нее жениха. Отбила с невинной улыбочкой, хлопая невинными глазками. Поначалу Маринка рыдала, а потом утерла слезы и твердо решила взять реванш. Она была уверена – жених, и по совместительству все еще ее возлюбленный, увидит ее шикарную фигуру в этом струящемся до пола наряде, вспомнит жаркие ночи на мокрых от страсти простынях и бросит мерзкую суку. Он ее увидел и действительно обалдел, но Маринке в тот момент вдруг расхотелось. Нет, не отомстить суке, а принимать его обратно. Может, мысль эта была слишком самонадеянной, но ей это можно простить. Так вот, они переглядываются, перемигиваются. Тут танцы, все уже навеселе. Жених к ней – то да се, давай отойдем, а дело было в небольшой загородной гостинице у озера, где каким-то там совладельцем был папаша невесты. Лето, шмели жужжат, пахнет розами не только кустовыми, а и в букетах. Шатры, музыка, шампанское не только в ведрах со льдом, а и в голове. В общем, они по-английски удалились, а уже внутри здания, на боковой лестнице, она схватила его за гениталии и прямо в ухо объяснила горячим шепотом, что сейчас с ним сделает. Он сомлел, а она ему: «В номере для молодоженов!», легонько цапнула за ухо и сунула его палец в свой рот. Он схватил ее за руку и бегом в номер. Все обещанное она делала с чувством, медленно, и вдруг он как зарычит, ну чисто зверь. Она не испугалась, она привыкла к этому. Он в прострации, она ему пупок вылизывает, и тут распахивается дверь… В общем, жениха турнули, а мать невесты порвала Маринкино платье, оно красиво свисало с горы подарков, сложенных на полу посреди номера: ногой наступила, рукой потянула… Вот с этим платьем Маринка вернулась к Инне и, то смеясь, то плача, поведала о том, при каких обстоятельствах красота эта превратилась в рванину. Вопрос, можно ли с этим что-то сделать – шелк-то действительно хороший. Инна успокоила реваншистку – можно, и тут открывается дверь и входит Вадим, ему надоело ждать сестру в машине…