Огал, как гончая почуявшая след тут же принял стойку. Его глазки заблестели любопытством и предвкушением.
— А что за девица? Чья-то сбежавшая женушка?
«Ох уж эти менестрели!»
— Нет, моя подруга. Вляпалась в историю. Ее похитили, а мы теперь спасаем. Подробности не спрашивай, все равно не расскажу. Тайна!
Огал обиженно засопел. Сказать барду слово тайна, значит подложить ему не просто свинью, а огромного откормленного борова. Он же теперь места себе от любопытства не найдет. Пока все не выяснит, не успокоится.
«Нам же лучше… Будет помогать. В надежде развести на откровенность.»
Нехорошо друзей в темную использовать. Впрочем, будь это моя тайна, я бы ему все-все рассказала. Но… меня саму доверием совсем недавно осчастливили и, …судя по настороженности Алеиса — не до конца.
— А она красивая, подруга то?
Да уж, вопрос по существу! Я тут ему про беды и печали, а он о своем, …о наболевшем.
«Озабоченный!»
— Красивая. Только не про твою честь. Она из благородных.
— Подумаешь! У меня тех благородных было, что у собаки блох. Чем эта от них отличается?
На стремительно бледнеющем лице лорда Олланни стали проявляться желваки. Ой-ой-ой. Сейчас кого-то бить будут. Надо спасать…
«Кого?»
А-а-а… Э-э-э… Пожалуй Огала. Он конечно шкаф, но Алеис вооружен и почти невменяем. Вместо мозгов — чувство долга.
— Тем, что ради других, я тебе рожицу бородавками разукрашивать не стану, а если к Лине ручонки потянешь, всю оставшуюся жизнь будешь только по ночам из дома выходит, чтоб народ не пугать. И вообще, прежде чем слюни распускать, ее найти надо. Мы тут кое-чего затеяли. Собираемся вечерком в замок наведаться. Поискать где получится. Но и твоя помощь была бы кстати. Ну, так как? Поспрашиваешь?
— Ради прекрасной дамы, что угодно.
— Я сказала, она красивая. Про прекрасную речи не шло. Понапридумываешь сейчас…
— Так я не о ней. Я о той, что затмевает звезды.
Этот шут плюхнулся передо мной на колено и поцеловал руку. Я щелкнула его по лбу и отобрала обслюнявленную конечность.
— Нашел тоже прекрасную.
Он задумчиво посмотрел на меня.
— Эх, дура ты Ринка! Хоть и колдунья.
По крайней мере, ведьмой не назвал. И на том спасибо.