Нужно найти крышу над головой. Есть вариант пойти к черту, но что-то не очень хочется его видеть после того, как он опалил меня своей тьмой. Я же и вправду мог погибнуть.
Хочется спать. Это не мне, а телу. Так что нужно поторопиться. Денег нет, но опускаться до грабежа – не самое высокое занятие. Глядишь, снова клеймят, а оно мне надо?
– Аод, если ты меня слышишь, – начал я медленно, пробуя новый голос на вкус, – извини. Но мне кажется, разумнее будет выбрать для тебя другое тело…
Я почувствовал, как кровь прилила к щекам. Как-то не очень комфортно разговаривать с собой. За такое дело могут и в больницу отправить. В особую.
Можно переночевать у кого-то из знакомых Зига. Идея эта отличная, вот только надо включить весь актерский талант, которого у меня нет. Ну, если рассуждать, то нужно думать о том, как думают другие. Будучи человеком, разве я бы мог понять, что в теле сидит незнакомая душа? Даже если бы мой знакомый вел себя странно, я бы и в голову такое не взял. Выходит, если я где-то облажаюсь, это не станет чем-то критичным. Знать бы еще, кто и где живет. Я видел, с кем общался Зиг, когда следил за ним. Имен, естественно, не запомнил. Говорил он, в основном, по работе, поэтому кто из этих людей друзья, сказать трудно. А просто так бродить по городу в поисках знакомых лиц – сомнительное удовольствие.
Я пошел по опустевшему ночному городу, слегка шатаясь. Подумают, что я пьяный – бог с ними. Подумают же не обо мне, а о Зиге. Хотя теперь я и есть Зиг.
Спать пришлось на скамейке.
Утром меня никто не разбудил. Когда я открыл глаза, вокруг туда-сюда ходили люди, и каждый поглядывал на меня. Нужно наведаться к Аарону. Если он еще дома, убью его быстренько. А стоит ли? Странно, но я не думал об этом раньше. Получится ли у Аода вселиться в мертвое тело? Ведь если на нем будут травмы, не совместимые с жизнью, какой смысл ему вообще занимать тело? Но попробовать стоит, в конце концов, ничего не теряю.
Я подошел к дому Зига и Аарона. Аарона, скорее всего, дома сейчас нет, но попробовать стоит. Возможно, горюя по брату, он оставил службу на денек. Постучавшись, я оперся на стену, дожидаясь «брата». Послышались шаги – он дома. Сейчас я уже крепче стоял на ногах. Видно, пока я спал, душа понемножку привыкала к новому телу.
Щелкнул замок, дверь открылась.
– О, это ты, – сказала Садрин, глядя на меня хищной улыбкой.
Я уронил челюсть.
– Ну, входи, раз уж пришел.
– Вот черт, – сказал я, улыбаясь, как идиот.
– Не оскорбляй меня подобными словами. До черта мне далеко.
Девушка облокотилась плечом о дверной косяк и продолжала улыбаться, сложив руки на груди.