С этим напутствием я дал сигнал Аберфорту, и тот поджег тело.
Затем мы с ним нарушили все мыслимые английские традиции — закатили пир в «Кабаньей голове». Обалдевшие и местами возмущенные такими похоронами маги даже не сопротивлялись — им нужно было выпить. Надо сказать, стараниями домовиков трактир выглядел прилично: столы, застеленные белыми скатертями, красивая сервировка, прекрасные блюда. Аберфорт встал у барной стойки и ехидно улыбался, когда его называли Альбусом. Через час изрядно подвыпивший оркестр разобрал свои инструменты и заиграл бодрый мотивчик. Люди пошли танцевать, окончательно забыв, по какому поводу они собрались.
— Довольны? — подсел ко мне Северус, глядя, как Гестия Джонс пляшет вместе с Флитвиком. — Между прочим, Минерва была очень возмущена организацией.
— Нам от этого ни жарко, ни холодно, — протянул я, потягивая из бокала сок. — Она к Дамблдорам никакого отношения не имеет. А так да, понравилось. Весело вышло. Особенно мне понравился оркестр с его «ту, ту, ту-ду, ту, ту-ду, ту-ду, ту-ду!»
— Это выглядело как издевательство.
— Альбус так каждый год над всей школой издевался — никто не возмущался. И не скажите, что вам не понравилось, когда из пламени начал выстреливать фейерверк и кричать названия сладостей. Вот это был трогательный момент. Молли Уизли даже заплакала.
— Это близнецы Уизли решили передать на тот свет свою продукцию. Превратили похороны величайшего волшебника в фарс и рады. Не получилось при жизни, так хоть после смерти поглумиться? — ядовито выплюнул Северус.
Я чуть не поперхнулся и с изумлением уставился на мрачного побратима. Даже шапочка со звездой не смягчала его убийственного взгляда.
— Северус, я его видел. Я видел, как он бился на мосту с трехголовым стражем. Он сам захотел веселые похороны в моем стиле, — осторожно сказал я. — Последняя воля — закон.
Северус вздохнул, за звезду снял с головы шапочку, потер виски, успокаиваясь, и взял со стола бокал с огневиски.
— Только поэтому я не стал вас останавливать. Но будь готов к тому, что газеты пройдутся по вашей выходке. Подобное неуважение к традициям вам не простят.
— Ничего не знаю. Альбус меня усыновил. А Дамблдоры всегда были эксцентричными чудаками. Я должен был соответствовать репутации, — ответил я. — И вообще, всем понравилось. Смотри, Дамблдор танцует с профессором Синистрой!
Северус посмотрел, как копия Альбуса Дамблдора вместе с профессором астрономии отплясывает тарантеллу, взмахивая полами лиловой мантии, а колокольчики в его бороде вызванивают свою мелодию, и опять тяжело вздохнул.