– А почему она теперь обернулась в человека? У нее нет сил, да? – я почувствовала, как подступают слезы.
– Ри, с ней все хорошо! Поверь мне! Она отлично себя чувствует. Ты ведь знаешь, сколько силы в драконах. А после рождения мы всегда оборачиваемся людьми. И она будет выглядеть как человеческий ребенок еще несколько месяцев. Крылышки еще совсем слабые, летать она пока не сможет. Ри, сердце мое, почему ты снова плачешь?
– От радости, – я шмыгнула носом.
Скай потянулся меня поцеловать и все-таки разбудил Горошинку. Та скривила личико в недовольной гримаске и открыла темные глазки. Глаза у нее были настоящие, драконьи. Не как у человеческих детей – серого размытого оттенка. Губы малышки дрогнули.
– Попробуешь покормить? – спросил Скай, я поняла по голосу, что он волнуется. Я и сама ужасно волновалась. – Ты не садись, я тебе ее под бочок подложу.
Не волновалась, похоже, только Горошинка. Она так деловито отыскала мою грудь, что никаких сомнений не осталось – малышка себя обессиленной вовсе не ощущает. Ох, уж этот род Ньорд! Ничто вас не берет!
И вдруг пронзило воспоминание. Я, эгоистка несчастная, поглощенная счастьем, совсем забыла о том, что старший лорд… И увидела, словно наяву: дракон переваливается за край, падает в пропасть. Зажмурилась крепко-крепко.
– Скай… Твой отец…
Услышала, как на секунду прервалось его дыхание.
– Да, я знаю, – коротко сказал он, и я поняла, что он ни на секунду не забывал.
– О, Скай…
Агнар. Старшего лорда звали Агнар. Я помнила, однако никогда, даже мысленно не называла его по имени, но теперь…
– Давай назовем ее Агнара, в честь твоего отца? – робко предложила я, не зная, чем еще можно хоть немного облегчить боль Ская. – Горошинка, отличное имя. Но, боюсь, дочка не скажет нам за него спасибо, когда ей исполнится, к примеру, шестнадцать.
Почувствовала, как он усмехнулся, и следом прикоснулся губами к моему виску.
– Спасибо, Ри…
Потом мы просто лежали, согревая друг друга – я, Скай, Горошинка. Хотя я вовсе не замерзла, лежа на голых камнях. Мне было даже жарко, а камень приятно холодил кожу. Ах, да. Я ведь теперь дракон. Думать об этом непривычно и страшновато. И я решила подумать об этом позже.
– Что же теперь? Куда мы теперь?
– Сначала в Тишшь. Тебе нужно прийти в себя. Потом в Апрохрон, к королю.
– А потом?
Скай потерся носом о мою щеку.
– А потом решим, неари. Одно несомненно – я всегда буду рядом с вами.
Дорога в город троллей, которую Скай обычно преодолевал за несколько минут, растянулась почти на час. Мой любимый дракон едва держался на крыльях, хоть, конечно, старался не показывать вида, насколько ему плохо. Да и у меня голова страшно кружилась, того и гляди свалюсь с его спины. Скай часто делал остановки, давая мне отдохнуть. Только Горошинка, кажется, чувствовала себя преотлично, наевшись и посапывая на моих руках.