На этот раз я решила взять Шикобелло с собой. Пришлось искать ветпаспорт, проверять наличие отметок о прививках и ехать в ветеринарную клинику, чтобы получить бумагу, необходимую для перевозки животного. Все эти хлопоты отнимали время, но, с другой стороны, они отвлекали меня от тревожных мыслей. Я почти перестала спать и жила на антидепрессантах и успокаивающих таблетках.
Как только Лена приехала в Александрию, мы встретились в одном из кафе. Это была моя инициатива: я хотела заранее познакомить их с Валидом и посмотреть, как он поведет себя с незнакомой женщиной. Обычно сын относился к чужим людям настороженно.
Лена оказалась полноватой брюнеткой за тридцать, ничего пугающего я в ней не увидела. Она неплохо поладила с Валидом — чувствовалось, что у нее есть навык обращения с маленькими детьми. Я сказала сыну, что Лена — моя подруга, которая повезет его в Россию, потому что мама не может полететь с ним, но мы обязательно встретимся в тот же день в другом аэропорту. Валид пообещал слушаться Лену, называть ее в дороге мамой и откликаться на имя Дима — оставалось надеяться, что так и будет.
И вот настал день отъезда. Я проснулась на рассвете и долго расхаживала по квартире, разговаривая сама с собой. Только бы все удалось… Неужели я больше не вернусь в эту квартиру? Как отреагирует Саид, когда узнает? Нет, не нужно об этом думать, пока не нужно… Самое трудное — ждать прибытия Валида в Москве. Вдруг что-то сорвется, а я и не узнаю? Мне было непросто согласиться на то, чтобы вылететь раньше Лены. Очень хотелось лично удостовериться в том, что они с Валидом благополучно прошли все этапы контроля, но везти ребенка в Каир было опасно. Пришлось смириться и настроиться на несколько часов томительного ожидания. На всякий случай я попросила Свету созваниваться с Леной в мое отсутствие.
Валид еще спал. Я допаковала два чемодана и в восемь утра набрала номер Лены. Она подтвердила, что в половине десятого будет ждать нас в условленном месте. Аккуратно разбудила Валида, я снова напомнила сыну о сегодняшней «игре» и о том, как важно, чтобы он все сделал правильно. Мои руки дрожали, в горле пересохло. Я тряхнула головой и постаралась настроиться на сегодняшний день. Решение принято. У меня нет выбора. Сначала выехать в Россию, а все остальное потом. Об остальном я подумаю завтра. Когда мы с Валидом окажемся в России, у меня будет достаточно времени на размышления. А сейчас нужно просто уйти. Я смогу.
Захлопывая дверь, я нашла в себе силы не оглянуться. Разбуженный и наспех покормленный Валид капризничал, но у меня не было возможности взять его на руки. Шикобелло притих в клетке. Мы вышли из дома через запасной выход, поймали такси на одной из боковых улиц и ровно в назначенный час приехали в Монтазу. Лена уже ждала нас в парке. Водитель терпеливо курил за рулем, пока я передавала ей Валида и один из чемоданов у меня брызнули слезы, но времени на прощание не оставалось. В последний раз поцеловав сына и прошептав на ушко: «Мама тебя любит, до встречи», я, наконец, выпустила его из рук. Лена попросила меня не плакать, чтобы не давать таксисту лишний повод нас запомнить, и я быстро вернулась в машину. Только отъехав на приличное расстояние, я решилась оглянуться и издалека еще раз посмотрела на Валида. В голове вдруг мелькнула страшная мысль: а если что-то случится?