Тарасов был немногословен. Он не стал говорить, что согласен со мной и я правильно поняла их сотрудничество с Ириной Георгиевной. Но он не объявил меня сумасшедшей и не послал нафиг, уже хорошо! Он дал мне свой телефон и сказал позвонить ему, когда я освобожусь.
А я и не была занята, поэтому позвонила сразу же, как только закончила читать письмо. Но и Тарасов на этот раз не стал мучить меня ожиданием, ответил быстро.
— Похоже, ситуация у вас и правда серьезная, — заметил он. Судя по голосу, он был примерно ровесником Ирины Георгиевны, но иного я и не ожидала.
— Вы даже не представляете, насколько! Мне кажется, в опасности не только Руслан, но и я…
— Вам не кажется. В вашем положении будет разумней избавиться от него.
И этот туда же!
— Нет, — твердо произнесла я. — Послушайте, Сергей Алексеевич… Я не хочу, чтобы вы поняли меня неправильно. Я знаю, что мне грозит… Знаю лучше, чем хотелось бы! Но я его не брошу. Что-то мне подсказывает, что вы не просили его мать отказаться от него.
— Там был другой случай.
— Нет, все то же самое. И Ирина Георгиевна допустила большую ошибку, когда сразу не привлекла меня к этому делу. Но сложилось так, как сложилось, это уже не изменить. Я все равно буду с Русланом, и хотелось бы при этом остаться в живых!
Он не отвечал мне долго — почти минуту, и я даже испугалась, что он бросил трубку. А он, видно, привык вот так обдумывать сложные решения, потому что когда он снова заговорил со мной, выбор был сделан.
— Хорошо, я завтра к вам приеду. Диктуйте адрес.
— Да мы тут… в сельской местности. Я на машине, я могу сама к вам приехать…
— С Русланом?
— Конечно, мне ведь не с кем его оставить!
Но Тарасов лишь тихо рассмеялся.
— Екатерина, кажется? — уточнил он.
— Да.
— Так вот, Екатерина, мы с вами знаем, что происходит рядом с Русланом.
— Не то чтобы вот прямо знаем…
— Знаем, — настаивал он. — Я не хочу, чтобы он бывал там, где я живу и работаю. Я готов помочь вам, Екатерина, насколько это вообще возможно. Но жертвовать ради вас жизнью я не намерен. Я приеду завтра.
— Спасибо…
Хорошего настроения мне этот разговор точно не прибавил.
Мне почему-то казалось, что Тарасов будет эдаким добрым мудрецом. Как в фильмах показывают: вот главный герой окончательно заблудился в трех соснах — но появляется добрый волшебник, и сразу все становится хорошо. Тарасов же не скрывал, что спасать он никого не будет. Я пока не знала, какой у него в этом деле интерес, но погружаться слишком глубоко он не планировал.
Хотя можно ли его винить за это? Пожалуй, это я была не права — уже в том, что ожидала от кого-то другого героизма и искреннего желания помочь Руслану.