А после улетели, расплатившись полностью. Обещания посетить наш цирк еще раз не дали, да мы того и не ждали. И выдохнули с облегчением, оказавшись вдали от придирчивых зрителей.
В тот вечер мы вновь собрались за общим столом, чтобы отпраздновать успех. Пусть Антерианцы и вели себя вызывающе, да еще и открыто выразили неприязнь, выступление досмотрели до конца. И, как заметил Хан, весть о том, что нас посетили столь известные зрители, добавит нам популярности.
Жаркое и холодные закуски удались на славу. А добытая из личных запасов Рина и Амулы бутылка антронского вина стала приятным дополнением к торжественному ужину.
Я была настолько впечатлена последними событиями, что не сразу заметила, что Анкор не явился в общую столовую.
— Он сказал, что плохо себя чувствует, — сказал Хан, когда я спросила, куда подевался его первый помощник. — Остался в каюте отсыпаться.
— Что ж, его дело, — заметила я.
Признаться, без Анкора мне было гораздо легче и спокойнее. После всего, что довелось пережить сегодня, мне бы меньше всего хотелось выслушивать упреки еще одного Антерианца. И все же, несмотря на отношение к Анкору, я не могла не поинтересоваться:
— Ему, наверное, тоже не слишком приятно выступать перед сородичами?
— Анкор относится к этому проще, — ответил на это Хан. — Он никогда не принадлежал к знатной династии и не дорожил мнением высокопоставленных Антерианцев.
— А те, кто были у нас — высокопоставленные? — удивленно протянула я. — Ты знал их прежде?
— Лично — нет, — признался Хан. — Но о Тривлоне, главе одного из кланов, много слышал. Это он выходил к нам на арену. И хотел тебя купить.
При одном воспоминании об этом Антерианце, меня передернуло от омерзения. Пусть знатный и довольно привлекательный внешне, он вызвал только отрицательные эмоции. От него словно отходили волны презрения и холодности.
— Спасибо, что отказался, — поблагодарила я Хана.
И одарила такой щедрой улыбкой, что глаза моего укротителя расширились от удовольствия.
— Наш капитан не способен на подобную подлость, — заметил Ирон. — Он единственный в своем роде Антерианец, в котором удивительным образом сочетается родовая гордость и великодушие.
Я не могла с этим не согласиться. Достоинствам Хана не было предела. И меня тянуло к нему с непреодолимой силой. Сильнее с каждой прожитой рядом минутой, с каждым новым вздохом.
Размышляя о Хане, я задумалась над его небрежно брошенной фразой.
— Ты сказал, что Анкор не принадлежал к знатной династии. А ты сам?..
Хан вздохнул и закатил глаза, показывая, как неприятен ему подобный разговор. Но отпираться не стал: