Некто Пахомов без оглядки влюбился в Асю.
Предметом страсти Захарченко и Сомова была Ната.
Мать Мослакова, упомянувшая про зубы, говорила, что сын встречался с девушкой по имени Тая.
Мыльникова увлекла Анюта.
Мужчина по фамилии Костин, который ушел из жизни, размозжив себе голову о стену, полюбил Нану.
Миша торопливо пошарил в бумагах, нашел нужный телефон, схватил трубку.
– Слушаю вас, – отозвались на том конце провода.
Наспех представившись, Миша спросил:
– Сын случайно не называл вам имени женщины, с которой встречался в последнее время?
– Отчего же, называл, – ответила Копосова. – Ее звали Стася. Вероятно, это сокращенно от Анастасии.
Миша медленно положил трубку на рычаг.
Ася. Ната. Тая. Анюта. Нана. Стася.
Сомнений не было, но он все же вышел в Интернет и загуглил. Все верно. Перечисленные женские имена представляли собою сокращенные формы имени Анастасия, которое, кстати, в переводе с греческого означало «бессмертная», «воскресшая», «возрожденная».
А Илья встречался с Настей.
Миша вскочил со стула и принялся ходить из угла в угол.
Это ведь невероятно, так? Невозможно! Просто совпадение!
«А если нет?»
«Копосов Клим Константинович, – прозвучал в голове голос Белкина. – Две недели назад умер. Скоро следующий. А потом еще один».
После Копосова был Мыльников. Что, если Илья – следующий?
Миша побросал документы обратно в папку, рванул с вешалки ветровку, погасил свет и вылетел из кабинета. Запирая дверь на ключ, он подумал, что нужно бы, наверное, сначала позвонить, спросить: неудобно вваливаться поздним вечером, без приглашения, но решил, что сойдет и так.
Его охватила иррациональная уверенность, что нельзя терять ни минуты, потому что время уходит слишком быстро.
Белкин открыл сразу. В тесной прихожей стояла деревянная тумбочка-обувница, и Мише пришло в голову, что Анатолий Петрович сидел на ней и терпеливо ждал, когда в его дверь позвонят.
– Я ждал, что вы придете, – ничуть не удивившись, проговорил Белкин, запирая допотопный замок.
– Как интересно. – Миша протянул Анатолию Петровичу его папку. Тот взял и положил на обувницу. – Я и сам не знал, что приду.
– Я не буквально сегодня имел в виду. Пойдемте на кухню. В прежние времена вся жизнь проходила на кухне. Ели, пили, беседовали, решали проблемы.
Миша прошел за Белкиным по узкому коридору и попал в маленькую, но уютную кухоньку. Лампа с зеленым абажуром освещала стол, застеленный клеенкой того же травянистого оттенка. Белкин принялся выставлять на него варенье, мед, печение в вазочке.
– Вы же с работы, наверное? Сейчас чай пить будем.