С ладоней в землю уходят два сияющих столба силы — чистая магия, настолько мощная, что ее видно невооруженным глазом.
Круг призыва, что я нацарапала на спекшемся в камень песке, удался на славу. Сейчас, когда он, плавно кружась, поднимается в воздух, отлично видно каждую линию. Каждая — толщиной с дерево, а весь круг занял четверть арены. Сейчас уже не важно, кто что подумает. И что поймет ректор. Не теряя времени даром, пока все пооткрывали рты (и даже фаррех раззявил клыкастых пасти), добавляю последний символ и завершаю ритуал:
— Петере аукс!
Арена ощутимо вздрагивает, когда сияющий круг призыва падает вниз на песок. Над ним формируется гигантская фигура. На мгновение мне кажется, что тоже призвала слепыша, но…
— Хрюстон!
— Дух академии!
— Ну, Кроу! Вот это силища!
С трибун долетают обрывки фраз. Слышу их благодаря все той же безумной магии, что течет через меня ласковым потоком. Смотрю и не понимаю, как у меня получилось такое сотворить?
Подумать об этом, как следует, некогда. На арене разворачивается что-то невообразимое. Огромная, сотканная из света, фигура клыкастого прямоходящего кабана в доспехах шагает в нашу сторону. Ну как шагает? Один шажок из центра, и он уже рядом.
— Ах ты, погань! — гремит в воздухе.
Древко алебарды брезгливо давит фарреха, точно таракана. Тюк и нету! Не успевший даже вздрогнуть фамилиар ректорши рассыпается прахом. А Хрюстон переключается на Руфуса. Точно нашкодившего котенка он приподнимает парня двумя пальцами за шкирку на уровень своего пятака.
— Ах, ты, глупый мелкий смесок!
Маклюс дергается сучит ногами. Дух легко, точно у ребенка, вырывает призывательский хлыст из его рук.
— Если расскажешь правду, может, и получишь шанс, — непонятно говорит Хрюстон и отбрасывает парня через трибуны.
В полете Маклюса окутывает точно такая же сфера щита, как и меня. Жаль. Значит по камням не размажет, допускаю злую мысль. Сочувствовать тому, кто покушался на мою жизнь и унизил, не собираюсь.
— Развели тут бардак! — гигантский хряк грозит кулаком в сторону жидкой группки преподавателей, которые только-только появляются из того выхода, куда я так стремилась. Ну прямо служители правопорядка в плохой театральной постановке!
— Твоя идея сработала, Ирис Кроу. Помнишь, что обещала, когда ступила на песок этой арены? — обращается хранитель ко мне.
— Обещала? А, что я обещала? — пытаюсь сообразить, о чем он говорит.
Хранитель не объясняет. Подарив мне долгий взгляд напоследок, он просто исчезает.
Исчезает и окружавший меня магический щит.
Какой-то у меня вечер неожиданностей выдался!