.
Заявка на лидерство завуалированно присутствовала в словах ВВП, в которых он оценивает якобы оборонительный, а на самом деле скрыто наступательный характер американской ПРО. Суть пассажа Путина: ПРО — когда и если она будет эффективной — сделает США неуязвимыми для русских ракет, а это значит, что будет нарушена та конструкция сдерживания, которые составляют основу безопасности не только США и России, но и по большому счету всего мира. Так вот, ВВП сообщил, что у России есть и будут такие ракеты, которые легко преодолевают будущую ПРО: «Чтобы все поняли, что да, система противоракетной обороны есть, но она в отношении России бессмысленна». Но не будем лукавить. Это означает, что паритет будет нарушен не в пользу США, а в пользу России. Это значит, что есть США, есть весь мир, от которого США защищены своей противоракетной обороной, и есть Россия, от которой не защищен никто, включая США. Я думаю, что сидевшие в зале высокопоставленные политики вполне оценили «юмор» нашего президента. Не зря эти серьезные люди регулярно потупляли глаза и прикрывали их руками.
Здесь, кстати, стоит ответить тем скептикам, которые заявляют, что все это уже было написано в концепции внешней политики России в 2000 году. Во-первых, написанная концепция и речь, произнесенная на столь представительном форуме национальным лидером, — это две большие разницы. Международные наблюдатели знают, что такое протокол и насколько значимы незаметные для неподготовленного слушателя ходы, вплоть до жестов и выражения лица. Я уж не говорю о таких деталях, которые часто не попадают в опубликованный текст выступления. Например, ВВП так часто обращался к г-же Меркель за подтверждением своих слов, что она, кажется, не знала, куда деться. Уж не вступила ли Германия в сговор с Россией в противостоянии диктату США?
И наконец, третий момент, на который я хотел бы обратить внимание. Это уже третья реакция, после того как прошел эмоциональный подъем. Пожалуй, самые главные слова, которые сказал в Мюнхене Путин, следующие: «Однополярная модель является неработающей, так как в ее основе нет и не может быть морально-нравственной базы современной цивилизации». Одна строчка, но она дорогого стоит. Россия снова показывает, что она готова говорить не только об эффективности, не только о согласовании интересов, но и о нравственной основе международной политики. О таких вещах могут себе позволить говорить только сильные державы. И Россия снова заявила себя в силе. Россия возвращается в мировую политику не как региональная, а как мировая держава. Это не значит, что завтра тихоокеанский флот выдвинется к побережью Ирака или какой-то другой страны. Это значит, что Россия готова предпринимать усилия для того, чтобы восстановить свой статус. Это значит, по П. Струве, что Россия снова озабочена своим внешним могуществом, которое является необходимым условием, а не следствием внутреннего благополучия.