И вдруг – хохот. Гном смеялся громко, искренне, немного согнувшись и хлопая себя по коленям. Макар, вздрогнув при первых неожиданных звуках раскатистого хохота, даже немного расслабился и, не удержавшись, тоже улыбнулся. Покосился на Вэн-Вэя, но тот в сторону бородатого товарища даже не смотрел. Ужин – единственное, что сейчас занимало серокожего великана. Именно эта идеалистическая картина спокойно жующего тролля позволила человеку наконец расслабиться окончательно.
– У него… умельцы… самородки… – сквозь смех выдавил гном и вытер заслезившиеся глаза. – Даже цветовую тональность руны не смогли выдержать. – И, словно потеряв к нежданным, воинственно настроенным гостям интерес, спокойным шагом вернулся на свое место.
Вырвал из рук тролля бурдюк и принялся жадно пить.
– Это ничего не меняет! – донеслось от входа в пещеру. Брат Савва, видя подобное пренебрежение мастера ковки, просто шипел от злости. – Меч все равно сделает свое дело!
– Угу, – с набитым ртом равнодушно кивнул бородач и подтолкнул к Макару мясо с лепешками: – Да ты ешь, не обращай на них внимания.
От толпы общинников отделился еще один человек с факелом, и они с братом Саввой принялись что-то изучать на каменной стене входа.
– Что они делают? – Макар попытался проглотить прожеванный кусок мяса, но тот застрял в горле противным комком. Страх за свою жизнь никуда не делся. Пришлось запивать из вовремя поданного бурдюка каким-то кислым пойлом. Стало только хуже. – Тьфу! Что это за дрянь?
– Не хочешь – не пей! – вырвал бурдюк тролль и бережно пристроил к поясу. – И вообще, это ваше пиво – дрянь, а саммур – лучший напиток в мире!
– Ну извини… – только и смог вымолвить Макар и, повернувшись к гному, вопросительно выгнул бровь.
– Не обращай внимания. Просто они свой напиток практически боготворят. Для них это так же свято, как, скажем, для нас, гномов, – ведение рунического дела. Ты лучше вон куда смотри. – Палец ткнул на группу людей, все мнущуюся у входа. Брат Савва с товарищем закончили осматривать каменный свод и теперь излучали едва ли не физическое превосходство вперемешку с насмешкой. – Сейчас будет представление. Вэн, оцени шутку.
Тролль вслед за землянином уставился на вооруженную толпу с факелами. Брат Савва что-то прошептал, прижимая меч к губам, а затем сделал выпад, словно норовя поразить невидимого врага, преграждающего ему вход в пещеру.
Под скалистыми сводами полыхнуло. Макар зажмурился от нестерпимого света и не увидел, как тысячи молний сорвались с каменных стен и устремились к руническому мечу, так неосмотрительно нарушившему защиту. Потонули в клинке, чтобы через мгновение пронзить общинника, сжимавшего злополучный меч, а затем и всех, кто стоял за ним. Людей раскидало, словно тряпичные куклы. По горам прогрохотало утробное эхо. Лишь когда оно затихло, Макар рискнул открыть глаза. Перед пещерой лежало тринадцать бездыханных тел. Факелы, еще недавно ярко освещающие вход в пещеру, погасли, и лишь легкий дымок, тянущийся, подобно ростку, к небу, напоминал о том, что все это произошло несколько секунд назад.