Заметив Масу, охранники слегка расслабились, однако один из них стукнул торцом копья в импровизированный гонг из крышки от кастрюли. Это призыв к отдыхающей смене, чтобы встретили караван.
Масай недовольно заорал что-то на своем языке и пнул раба-сборщика из диверсантов, который шел последним. Тот взвизгнул и устроил толчею, ведь колья мешали нормально двигаться. Охранник в доспехах недовольно рявкнул на плохом английском, одновременно ругая рабов и пытаясь что-то вызнать у Масы. Скорее всего, пароль, но в ответ снова получил бла-бла-бла на масайском. Видимо второй понял что его послали и тоже перешел на африканский диалект.
Завязался спор, да такой, что охранник в черных доспехах выдернул из-за пояса револьвер и наставил его на Масу. Короткоствольная «Анаконда» совсем не напугала масая. Тот в ответ потряс щитом и копьем, широко расставив руки и заорал в небо, словно призывая духов предков в свидетели. Вот засранец! Тот еще актер!
За всем этим шумом-гамом две группы сборщиков успели проскользнуть внутрь, а подошедшая третья замялась в сторонке, потому как отряд Макса вплотную подошел к кольям. Появились новые охранники и сутолока только усугубилась. Послышался мат на нескольких языках. Только триглавцы молчали, низко опустив головы. Боялись выдать себя яростным ненавидящим взглядом совсем не свойственным рабам. Такое враз насторожит даже пятнадцатилетних болванов. Но главное сделано.
К воротам торопились и остальные охранники, зато рабы, почувствовав, что пахнет жаренным, поспешили ретироваться. Самое время начинать!
– Давай! – крикнул Макс и тут же все завертелось.
Триглавцы с бутафорскими носилками сбросили свой груз, а те, что несли оружие, сорвали маскировку. На все про все понадобилось всего несколько секунд. Когда Макс схватил «Сайгу» и навел ствол на проем ворот, там уже истекали кровью два гота. Маса в своем репертуаре. Сам же масай благоразумно упал на землю.
– Огонь! – дал команду Кирпич и пять стволов почти одновременно дали залп.
Крупная картечь выкосила и оставшихся готов и снесла часть защитного ограждения. От кольев и ворот только щепы полетели. В глубине поселка снова зазвучал набат.
– Всем лежать! – Макс ворвался в поселок и, как договаривались, рванулся направо и сразу же наткнулся на группку рабов.
Те послушно плюхнулись на пузо. Макс огляделся и сразу приметил несколько куч земли. Причем заметил их больше нюхом чем глазами. Это делали компост из смеси водорослей песка листьев и отходов. Воняли они знатно.
– Туда! – указал он направление тем, кто пошел в его отряде.