— Да! Но… — Малк помедлил, но решил сразу расставить все точки. — Но сразу скажу, что твой Эттин меня не устраивает. Никаких двухголовых великанов! — Он принялся мысленно перебирать наиболее подходящие слова и образы. В памяти тотчас всплыла до сих пор лежащая в саквояже маска Лиса, и Малк решительно кивнул: — Если уж без прозвища нельзя, то лучше я буду Лисом!
Почему-то ему думалось, что никаких сложностей с его просьбой не будет. И потому был сильно удивлён, когда Эйша в ответ обидно захихикала.
— Ты сейчас серьёзно?! — через смех выдавила девушка. — Малк, Святые ведают кем ты там себя мнишь, но кем ты точно не являешься, так это лисом. В глазах окружающих ты — здоровенный детина с двумя мясницкими тесаками. Не больше и не меньше! — Немного успокоившись, она добавила: — Конечно, ты можешь против этого выступать… как истеричка Кэйтелин… бороться и всячески сопротивляться, но для всех всё равно навсегда останешься огром, громилой, здоровяком или вовсе бычарой. Так что поверь, «эттин» далеко не худший вариант. Хотя бы звучит красиво…
Верить Эйше Малк не хотел, она зря сотрясала воздух. И упрямо решил, что ни на какие прозвища реагировать не будет и в будущем сделает всё, чтобы отбить у подобного рода шутников всякую охоту юморить на свой счёт. Он даже задумался о том, как бы это подоходчивей объяснить Змее — вот уж кто своему второму имени соответствует, так это она! — но тут девушка вдруг отвлеклась. Бросила случайный взгляд под ноги, чем-то вдруг заинтересовалась, вскочила и начала оглядываться.
— Погоди, это ведь законченный Защитный Круг на полу, да? — спросила она, наконец, ткнув пальцем в почти правильный овал вокруг кровати.
Малк недовольно дёрнул уголком рта. Заметила всё-таки! И как теперь всё объяснять?!
— Он самый. Собственными руками линии вырезал и знаки Руноглифа наносил. Люблю, знаешь ли, чувствовать себя в безопасности! — попробовал отшутиться Малк.
Однако Змея была настроена неожиданно серьёзно.
— Хоть ты и Эттин, но мозги всё же имеешь. А значит просто ради развлечения защитный ритуал проводить не будешь, — принялась рассуждать она, не сводя с Малка взгляда. — И какой отсюда вывод? Правильно, ты чего-то боишься. А раз так… раз так, Мастер обязан об этом знать. — И прервав попытку объяснения Малка, решительно бросила: — Ничего не говори. Идём к господину Тиязу, вот там всё и расскажешь!
И не дав Малку опомниться, она выскользнула из комнаты.
Йоррох! Малк представил как совсем скоро будет рассказывать лишённому лица Младшему Магистру о своём противостоянии с карликом, и его прошиб холодный пот. А ну как после его объяснения господин Тияз увидит в преследовании Малка магом или существом неизвестной силы угрозу для себя лично? Что тогда?! Уж чем-чем, а чрезмерной гуманностью он точно не отягощён. За примером даже ходить далеко не надо: достаточно вспомнить не прошедшего отбор ученика, превращённого в немёртвого рыцаря, и воображение тут же начинает рисовать ещё более мрачные картины.