— Взаправду. Ночью, с клятвой на огне и железе.
— И чтоб на крови было!
Стыдно сказать, красавица, а я ведь имени его не помню. Так всю жизнь и звал: Точильщик. И другие этим прозвищем прозывали.
Я учил его ремеслу и прочим разностям. А он учил других. После, уже из Всеволжска, разбредались отроки с точильными станками по всей Руси. Переходя с места на место, правили ножи да топоры, да слушали, да смотрели. Да записывали и мне передавали. Их трудами собрались у меня подробные чертежи всех русских земель, точные описания путей и бродов, городов и крепостей, молва людская из разных мест. Стали они одной из сетей моих, которые я набросил на «Святую Русь». Которыми собрал, стянул, чтобы не расползалась, не рассыпалась земля наша. А сеточку-то эту он сплёл, мальчишка-точильщик.
Наши занятия с точильным станком вызывали зависть у остальной части малолетнего населения:
— Эта… ну… а нам можно? А подержать? А я вот тут ножкой чуток понажимаю…
Точильщик набычился:
— Нельзя! Моё! Поломаешь! Иди отсюдова!
Больше мне точильщиков пока не надо. Пусть парнишка сам разберётся — потом уже к «мастеру» учеников подгоню. А раз детишки хотят дело себе… Есть у меня ещё одна забота.
* * *
Странно: пространства на «Святой Руси» — огромные. А системы связи — в зачаточном состоянии. Вечно.
Предвидя татарские набеги, казаки ставили в степи вышки. Когда появлялся враг — запаливали пук подготовленной соломы и тем сигнализировали о нашествии. Как древние евреи подавали сигнал о начале Пасхи кострами на высоких местах. Картинка похожа на «Властелина колец». Количественная оценка переданной информации — один бит.
В степи человек издалека виден, поговорить — не набегаешься. Сформировался набор жестов, движений.
«Пустивши лошадь по кругу, маячить пикой — вызывать на бой».
Кажется, это единственный пример передачи собственно информации в российской истории. Все остальные передавали материальный носитель. Княжии гонцы — таскали грамотки, ямская служба — мешки с письмами, фельдъегерь — государев пакет. Информация — в бумаге, бумага — в сумке, сумка — у человека, человек — на коне… А яйцо Кощея — на дубу в Лукоморье.
Дорого, сложно, медленно. Но как же иначе? Ведь все так делают! С дедов-прадедов…
Я предупреждал, что я — «эксперт по сложным системам»? Так это правда: отделяем сущность от привычного. Получаем голую передачу информации. Без всяких носителей, гонцов, ямщиков… и их лошадей. Которые «в глухой степи замёрзли». Называется: семафорная азбука.
«Своими блестящими победами Наполеон I обязан немало оптическому телеграфу, с помощью которого он имел возможность быстро передавать свои распоряжения на большие расстояния» — нам что, «блестящих побед» не надо?