Первым заклинанием в моем арсенале стала та самая «кровавая стрела», правда, в моем исполнении она больше походила на горящую каплю и требовала неприлично много крови. В минимальном объеме на каждый такой снаряд уходило около двухсот миллилитров, а это значит, что при моей комплекции, пять, ну, максимум семь применений вызовут смертельную кровопотерю, а ведь вместе с кровью я теряю и способность к воскрешению. Смогу ли я восстать после потери более литра крови? Да вот черт его знает.
Вторым приемом, которому смог обучить меня вампир, были «когти», конечно же, кровавые. Но и тут оказалось не все так просто. Саф научил меня создавать только один, остальные четыре мне предстояло научиться создавать самому. Кровосос предупредил, что развитие пятого это больше понт, чем необходимость, и вполне логично объяснил почему.
-Чисто теоретически, можно создать все пять, но это не удобно, – вампир продемонстрировал свою пятерню. Его «природные» когти, на четырех пальцах были длинные, а на большом чуть больше обычной фаланги. Затем он создал плетение, на коже выступили капли крови, и почти мгновенно приняли форму пяти острых лезвий, насыщенного бордового цвета. Вампир попробовал сжать кулак, но рука стала больше похожей на клешню краба, затем демонстративно медленно ударил по воздуху. И вправду, нелепо, пятый только мешался – четыре в самый раз. Кто бы мог подумать. В целом, этот прием мне понравился больше, крови требовалось совсем чуть-чуть, только мой вариант «когтя» больше напоминал сардельку, прикрепленную к пальцу.
Последним приемом, которым мне удалось освоить из арсенала вампирских техник стала «сила», чего бы вы думали? Конечно, крови. Естественно, Саф обучал меня той версией техники, которой владел сам, и она была предназначена для вампиров. Это плетение не подходило для использования людьми, и мы быстро это поняли. После первой же пробы я чуть не прикончил вампира, который не ожидал нападения, изрядно подпалил кабинет, чуть не спалив весь дом. Едва сформировав плетение, я понял, что что-то пошло не так. Спящая до поры сила наполнила тело, кожа начала чернеть и трескаться, разум заволокло пеленой воплощения. Столешница под моей рукой мгновенно занялась пламенем, а стул, на котором я сидел, и вовсе осыпался пеплом. Только молниеносная реакция уберегла голову вампира от знакомства с моей огненной дланью. Вампир одним прыжком оказался возле двери и ощетинился когтями. К счастью, я уже был знаком с этой своей особенностью и оперативно принял меры. Я усилием воли заставил себя замереть, пока унимал разбушевавшуюся силу. За это время стол успел догореть, толстые доски пола сильно пострадали и требовали замены, пламя основательно закоптило высокий потолок. Когда ко мне вернулась ясность восприятия, я понял, что вампир громко и весьма искусно матерится в мой адрес.