– Хорош, – сказал он, – прекрати.
Витька дышал, как конь и все сжимал кулаки. Настя и не шелохнулась, насмешливо смотрела на обоих. Потом поправила на плече ремень сумки, легко перепрыгнула узкую в этом месте лужу и пошла в сторону магазина.
– Курва, – выдохнул Витька, – вот же сучка…
– Пошли, пошли, – Макс за ворот тельника направлял его, – не отвлекайся.
Прошли вдоль торцевой стены дома, завернули за угол. Окна тут выходили на овраг, полынь и крапива вымахали чуть ли не в рост человека, и подойти к дому незамеченным было раз плюнуть. Витька вырвался, поправил тельник и топал вдоль дома.
– Не выгнала, а сам ушел, – пробурчал он, – надоела мне Тамарка предъявами своими и разжирела до безобразия. Не люблю жирных баб… Во, смотри!
Он приподнялся на носки и потянулся к крайнему от угла окну. Створка оказалась приоткрыта, на раме видны следы взлома – старое дерево рассыпалось на крупные щепки. Макс поддел створку снизу, и окно легко открылось, газом запахло еще сильнее.
– Скоты, – Витька подпрыгивал, силясь дотянуться до подоконника, – это ж надо, а. Мы же все сгореть могли. Ну бабка, чисто ищейка, куплю ей корвалола за свой счет.
Макс аккуратно отодвинул Витьку и влез на подоконник, перевалился внутрь. И сразу оказался в кухне, до того пыльной и старой, что страшно было пальцем к чему-то прикоснуться, казалось, все немедленно рассыплется в прах. На полу виднелись стертые следы от кроссовок, валялись щепки. Кто-то ночью открыл не только вентили на плите, но и про духовку не забыл, и про газовую колонку на стене. Макс нашел общий кран, перекрыл газ и подумал, что неплохо бы сорвать с трубы кран-«бабочку», чисто на всякий случай, если враг вернется. Распахнул окно, чтобы проветрить, Витька только-только оказался рядом, внимательно рассматривал порезанную ладонь, лизнул ее.
– Все правильно, – он поморщился от запаха и выглянул в окно, – вон лавка, а вот окно. Бабка и почуяла раньше всех, пока гуляла. Мы ей должны, получается.
– Вроде того. – Макс рассматривал древние, советские еще белые шкафчики с синими дверками, шторки-тряпки, отклеившиеся от стены и свернутые рулончиками ветхие обои, прочный стол, все еще – с ума сойти! – покрытый не выгоревшей клеенкой с подсолнухами, и пузатый холодильник «Орск». Пустой, само собой и чистый внутри, разило оттуда так, что Макс моментально его захлопнул. От оврага доносился грохот и рев строительной техники, слышались даже голоса. Витька показал в ту сторону неприличный жест.
– Еще посмотрим, – выкрикнул он в окно, – раньше выстрела не падаем!