— Вас так озаботила ее судьба?
— Не ее. Я обещал ее дочери куклу.
Глава 39
Моя спальня, как оказалось, располагалась через стенку от того помещения с футбольным полем вместо кровати, в котором разместился Даниэль. Ирония судьбы… Теперь я могу на законных основаниях расковырять хоть все камины в доме, но мне этого больше не нужно. Даже обидно немного.
Мой «сексодром» под балдахином немногим уступал мужнину, и сейчас мне это даже понравилось. Я перешагнула через саквояж, который так и не отдала никому из слуг, сначала присела на край кровати, а потом упала на спину, раскинув руки. Иех… устала. Поваляться бы. Да некогда.
Надо разобрать вещи, проверить, как устроилась Гретти, поговорить с Даниэлем — у нас осталось много невыясненных вопросов.
Быстро скинув платье, я еще раз похвалила себя за изобретательность и упорство. Когда я только попала в этот мир, меня жутко бесила здешняя мода наряжать женщин в платья, которые ни надеть, ни снять без помощи горничной невозможно. Как только у меня появилась возможность, я навела в гардеробе свои порядки. Оставив все причитающиеся явные крючки и шнуровки на нужных местах, но как бутафорию, я устроила себе удобные застежки спереди, искусно замаскировав их среди художественных излишеств. И теперь могла переодеться в момент без посторонней помощи. Да, заодно усовершенствовала систему нижнего белья и прочих крахмальных юбок с сорочками. Но нести эти открытия в массы не спешила — вопреки штампу о попаданках, о которых я читала-перечитала еще дома, здесь никто не рвется рушить привычное ради нового и непонятного. Тортики оказались надежнее и проще.
Оставшись в одной прозрачной сорочке поверх почти нормального лифчика и трусиков, я позволила себе пятнадцать минут медитации перед зеркалом — обожаю расчесывать волосы. У Натали они длинные и густые, красивые невероятно. У меня в моем мире отродясь такой шевелюры не было…
— Натали, я подумал, что вам…
Даниэль в дверь-то постучал, только вот ответа не стал дожидаться. Взял и вошел. Учитывая, что это была не та дверь, что вела в покои из общего коридора, а та, которую я не заметила, в стене между спальнями, муж умудрился выскочить прямо на меня красивую и полуголую у зеркала и затормозил буквально в метре. Замер с открытым ртом и расширенными глазами.
— Вообще-то, воспитанные люди ждут разрешения войти, — флегматично заметила я, вставая и накидывая халат. — Что вы хотели, Даниэль?
— Я… простите! — И муж ретировался так же стремительно, как появился. Только дверь хлопнула. М-да. Замка на ней не видать, стулом в следующий раз подопру. А вообще… ох, блин. Бедный Дан!