Собственно, про президента Либерократии Нина тоже кое-что рассказала, особенно когда он, довольно раздраженный, вновь взяв слово, опять затянул песню про угнетаемые народы русского юга, севера, востока и запада. Но слушать про извращенцев было не так интересно. Точнее, просто противно. Нет, я прекрасно понимал, что есть часть людей «не таких, как все». Однако американцы довели это дело до реального абсурда. Вот и папанька Мэри-Джейн, хоть и был счастливым отцом, считался неким «Аффектугендером». То есть в зависимости от настроения причислял себя то к мужскому, то к женскому полу и совершенно не стеснялся, например, заглянуть «по делам» в дамскую туалетную комнату, громко возмущаясь реакцией других посетительниц.
А затем кто-то и вовсе влез без очереди, к возмущению всех присутствующих. Однако вместо связной речи автопереводчик вдруг захрипел и внезапно принялся чеканить рублеными, грубыми фразами.
– Ничтожные кортесосы… вы делить шкуру живого ягуара. Защищаете ушастых, чья судьба – возлечь на мою пирамиду. Как смеете…
Все обратили свои взгляды на представителей резко занервничавшей польской делегации. А затем я узнал говорившего, хотя видел его всего пару раз, а сегодня и вовсе как-то не замечал. Да и вообще, не ожидал его здесь встретить!
Это точно был Володырь, родственник Валентина, по его словам, вроде как оставшийся у ацтеков, и по собранным ребятами Воронина слухам, предположительно имевший доступ ко второму порталу. И этот человек сейчас расслабленно сидел здесь, в кардинальском зале Ватикана, одетый в очень дорогой современный костюм, и глаза его горели алым потусторонним огнем.
– Кетцалькоатль! – аж задохнулась Иви, подавшись всем телом вперед и вцепившись мне в руку.
– Пернатый змей? – удивленно спросила у нее Нина.
– Я прошу прощения за нарушение регламента, но как король Речи Посполитой я хотел бы сделать заявление, – польский монархо-президент не поддался поднявшейся в его делегации панике, а остался на своем месте. – Речь Посполитая ныне выступает представителем Империи Науа и заявляет о необоснованности претензий России на ее территории! Государство Эллуриан добровольно оставило их, после чего уже пустые земли и были заняты подданными Науа. Посему…
– Это ложь! – Иви вскочила с места, отпустив мою ладонь. – Вы пришли даже не как захватчики! Вы убивали всех, кого могли поймать! Даже женщины и дети лишались сердец на твоих кровавых пирамидах!
– Молчи, пища! – Володырь, или уже, видимо, Кетцалькоатль в его теле, тоже потерял весь свой лоск и моментально оказался на ногах. – Все, до чего дотягиваются мои крыла, мое! И ты, Ивилада, разделишь участь Ярхе и Атоса, став моей пищей. Все вы умрете!