– Виноват, товарищ Сталин, не доложил вам всю информацию по этому вопросу. На острове остался корреспондент с фотоаппаратом и политрук из политотдела Чудской флотилии. Приказал им сделать снимки этих рептилий. – Мехлис похолодел – об этом он не докладывал, лишь упомянул мельком. – Посчитал преждевременным предоставить вам неуточненную информацию. Перед выездом меня уведомили, что снимки неизвестных науке животных сделали отчетливые, а специалисты заверили, что эвакуация крокодилов из Литвы и Латвии не проводилась ввиду отсутствия в тамошних зверинцах таковых животных!
– Загадочная история. – Сталин хмыкнул в усы. – Скормил им шпионов и диверсантов! Но пусть так, видимо, за дело, не будем и мы осуждать. Как мне уже известно, молодые матросы и курсанты там камыши порядком, хм… загадили. Интересно, что сказал им генерал Гловацкий по этому случаю?
– Категорически приказал морякам по тварям не стрелять и гранаты в воду не бросать! А всячески оберегать их, ибо кроме советских крокодилов в Европе других не водится, лишь привезенные в зоопарки с жарких азиатских и африканских регионов.
– Видите, товарищ Мехлис, наши генералы спасают наших советских крокодилов, а где научные работники?! Страна должна знать, что, даже воюя с жестоким врагом, партия думает о будущих мирных днях. И вы, как нарком госконтроля, пусть бывший, скажите товарищам соответствующих научных организаций, что их задача – сберечь для народа столь редких животных…
Командующий 11‐й армией генерал-лейтенант Гловацкий
Псков
– Вижу две большие проблемы, Климент Ефремович. Первая в острой нехватке артиллерии. Насколько знаю, сейчас выгребается все, что лежало со времен Гражданской войны, и все равно пушек не хватает. Даже новые штаты ввели с сущим минимумом – 8 гаубиц и 16 трехдюймовок старого образца. Это уступает по огневой мощи германским дивизиям почти в три раза. А вот восполнить потери и оснастить мобилизуемые дивизии удастся не скоро. В лучшем случае к зиме, так просто выпуск орудий не нарастишь.
– И потому ты предложил не формировать отдельные ополченческие части, а вливать их в потрепанные кадровые дивизии?!
– Одна из причин, Климент Ефремович, пусть и важная. Но если пушек действительно не хватает!
– У тебя есть предложение, вижу, замыслил что-то?
– Так вы решаете сейчас эту проблему – минометы нужны, нарастить их выпуск можно и в Ленинграде, причем довольно быстро. Батальонные и полковые минометы у нас делаются, а уж ротные сотнями. Все упирается в боеприпасы. Вот с ними проблема – запасы мин подходят к концу. А выпуск новых боеприпасов не рассчитан на резкое увеличение стволов. Будет то, что с царской армией в 1915 году – пушки есть, снарядов мало, то есть мин в нашем случае. Я тут просто прикинул – в каждый батальон по 9 минометов – итого 81 штука 82‐миллиметровых. На полк 6 120‐миллиметровых, да еще отдельный дивизион нужен в дивизии – 18 штук. Всего получается 117 штук, немыслимая сейчас цифра, но такое число нивелирует превосходство немцев в артиллерии. Ведь мина к полковому 120‐миллиметровому миномету весит столько же, как и снаряд к немецкой 105‐миллиметровой гаубице. Пусть дальность стрельбы почти вдвое меньше, но ведь любые немецкие атаки отразить такой мощью можно!