— Я хочу собрать дружину.
— Понятно. — Трибун мигом сообразил, о чем речь. — Обученная римлянами дружина будет много сильнее обычной.
— Ты не одобряешь?
— Официально? Да, не одобряю. Но не буду тебе препятствовать. Мы должны признать, что Риму все труднее защищать своих подданных. Отсюда до ближайшего гарнизона полдня езды — обученная дружина даст вам то, чего не можем обеспечить мы.
— Дружина? — удивился Гвиддно. Он медленно кивнул и сощурился, как будто увидел сына в новом, неожиданном свете.
— Сколько людей вам нужно?
— Сколько сможете дать.
— Центурию, — вставил Максим.
— Сто человек? — Эльфин быстро подсчитал. — Ладно, пусть будет сто. Я войду в их число.
— Королевич Эльфин, нет надобности…
— Нет, есть. Я хочу научиться командовать. Я возглавлю своих людей.
— Решено! — Трибун Авит ударил по столу кулаком, улыбнулся и поднял кубок. — За погибель всех врагов Рима!
Они выпили, и воины поднялись.
— Приезжай, как только соберешь людей. Чем раньше, тем лучше. Тогда у нас будет больше времени, чтобы их обучить.
— Мы приедем еще до следующего полнолуния, — пообещал Эльфин.
— Что ж, до встречи.
Авит и Максим приветственно вскинули руки и вышли из дома.
Эльфин с отцом провожали их. Когда всадники пропали из виду, Гвиддно повернулся к сыну.
— Ты не говорил мне, что хочешь собрать дружину.
— Не успел. Но если тебя тревожит…
— Нет. Это хорошая затея. Я займусь припасами. — Он внезапно улыбнулся. — А ты будешь королем и воеводой. Как властители древности. — Глаза Гвиддно вспыхнули предвкушением. — Придет Самайн, и никто не оспорит твоего права стать королем!
Харита встала рано и быстро оделась. Она взяла из чаши на столе спелую грушу и выпорхнула на балкон полюбоваться садом. Откусывая мягкий спелый плод, она увидела, что кто-то бредет внизу по обсаженной виноградом тропинке. Это был Аннуби. Он смотрел в землю, ноги его волочились, руки странно подергивались.
Положив недоеденную грушу на перильца, Харита легко сбежала по ступеням и пошла за прорицателем. Он настолько ушел в свои мысли, что не замечал ее. Харите прискучило идти следом, она догнала его и пошла рядом.
— Где ты был, Аннуби? Я не видела тебя с самого приезда.
Он повернулся к ней и ехидно заметил:
— Ты не спишь? Неужто уже полдень?
— Кто же спит? Сегодня Праздник царей. Я не хочу ничего пропустить.
— Да тебе и не удастся.
Он вновь уставился в дорожку под ногами.
— Зря ты пьешь это гадкое греческое вино, — сказала Харита, — ты такой же кислый, как и оно.
Если Аннуби и слышал ее, то не показал виду.
— Я разговаривал со жрецами… ха! — препирался со склизкими, ядовитыми, безмозглыми тварями.