— Я ответил на предложение, думаю, там есть интересные варианты сотрудничества, — отчитался Эйван перед Хризантемой и добавил, хитро прищуриваясь. — Ты не говорила, что Вивиан завтра выступает. Я увидел приглашения на столе.
Я интуитивно ощутила нервозность пожилой дамы, но ее лицо осталось спокойным.
— О! Совсем из головы вылетело. Я-то на концерт не собираюсь. Не люблю столпотворения. А ты сходи. И Релию с собой возьми, — Клара повернулась ко мне. — Вивиан — моя племянница. Она чудесно поёт. Составь компанию Эйвану. Не пожалеешь.
— Гарантирую, — заверил бывший жених с подозрительным воодушевлением. — Выступления Вивиан Хризантемы — колоссальное наслаждение.
На языке вертелись возражения. Я никуда больше не планировала выбираться с Эйваном. Но они смотрели на меня просительно. Особенно Клара, не желавшая, чтобы дражайший партнер по бизнесу отправлялся на концерт племянницы в одиночку. Я почти сказала «да», но ответить помешал личный экран, на который пришло сообщение от Сима.
«Господин Квентин вернулся домой», — отчитался прислужник.
— Простите, мне пора, — я поднялась из-за стола. — Рада нашему знакомству, Клара. Теперь я знаю, где заказывать цветы, и в ближайшее время обязательно ознакомлюсь с каталогами. Эйван, не нужно меня провожать, я возьму такси-лёт.
— Релия, — он попытался меня остановить.
— Мне, правда, пора. Ждет неотложное дело.
— Хорошо. Но ты не ответила насчет завтра.
— Я… — фраза повисла в тишине.
Из подсобного помещения выкатил робот-прислужник, держа корзину с розами. С черными розами! Как сажа! Будто они сгорели, но не рассыпались в прах. Жуткое зрелище.
— В чем дело? — спросила Клара робота строго, уловив мою реакцию.
— Срочный заказ, госпожа Хризантема. — К похоронам.
Меня передернуло. Какая прелесть!
«Черная роза» — так называется банда, в которой состояла Несса Лиса до ареста. Может, это знак, что пора заканчивать с романтикой и заняться делом. Или же, и впрямь, предостережение небес?
— Черные розы — большая редкость, — пояснила Клара мягко. — Они живые, Релия. Коснитесь и убедитесь сами. Это всего лишь цвет.
Но я, как ребенок, спрятала руки за спиной. Словно траурные цветы могли причинить вред.
— Прощайте, — пробормотала я и, не оборачиваясь, направилась к выходу.