«Ну давай упрямец» — думал землянин: «Отбрось уже свою чертову спесь и спроси. Давай!».
Словно услышав призыв мужчины, Джишин все же заговорил.
— И что? Чем закончилось сражение? — голос принца был демонстративно безразличен, но Стаса было не обмануть. Паренек был сильно напряжен, готовый к тому, что целитель просто рассмеется ему в лицо и ничего не скажет. От местных вполне можно было чего-то такого ожидать.
— Говорят, это было самое жестокое сражение, которое вообще видели за последние годы. Силы обоих сторон, причем, что воителей, что самураев, были примерно равны. Ни одна из сторон не хотела сдаваться и отступать. И когда казалось, что будет ничья, на бой вышли главы кланов…
— И что? — жадно уточнил принц, даже забыв о боли.
— Глава клана Санса, Кетсеро Санса, вышел против главы клана Сумада, Горо Сумада. Сами понимаете, слуги не особо разбираются в сражении, но поговаривают, что после их битвы главный тракт, соединяющий наши страны больше не существует. Теперь на его месте заполненная плавающим в воздухе сильнейшим ядом долина, окруженная острым горным хребтом.
— Хватит тянуть, целитель, немедленно говори кто победил!
— Так я к этому и подвожу, — весело улыбнулся Стас. — Глава Санса был вынужден отступить, оставив поле битвы за Сумада, следом ушли и войска Отомото. Ваш отец победил. Это значит, что война продолжится, а ваша ценность лишь повысилась.
На лице Джишина впервые появилась небольшая, но искренняя улыбка. Ордынцев тоже невольно ухмыльнулся.
— Почему ты тоже улыбаешься? — тихо, но твердо потребовал ответа принц, посмотрев на лицо Ордынцева. — Разве ты не должен быть расстроен поражением своей страны?
— Потому-что, принц, я вам уже говорил, что не чувствую себя в этом месте своим. Вы же, мой пациент, которого я обязан поставить на ноги. Но не потому что мне приказали, а потому что я этого захотел сам. К тому же, если по секрету, я родился далеко не в этой стране. К армии же Нобуноро-самы присоединился по чистой случайности.
Джишин больше ничего не сказал, но весь оставшийся день Стас чувствовал, как взгляд паренька то и дело смотрит ему в спину. Принц задумался и это было хорошо.
Кто-то мог бы сказать, что спасение жизни делает принца чего-то должным Стасу. Вот только долги существуют между равными. Аристократ или воитель не может быть должным хоть чего-либо обычному крестьянину.
К восьмому дню после прибытия Джиробу Ордынцев наконец посчитал, что время пришло.
Теперь принц изредка реагировал на слова землянина и бывало даже что-то отвечал. По сравнению с прошлым, огромный прогресс.