Первые слова даются Дарье с трудом. Они сочатся тоненьким ручейком сквозь трещину в плотине, и трещина всё больше разрастается.
— Пять лет назад помогли… У меня заболела мама, и была необходима операция на сердце. Мне дали денег в обмен на услугу в будущем… Потом устроили на работу к вам. Я была очень благодарна… Я не могу назвать имен, Сергей Павлович. Пусть меня пытают, но я не скажу… Я не сливала информацию, я работала честно. Но вот недавно меня попросили вынести этот договор. Или его, или заплатить деньги за операцию… Делайте, что хотите, мне уже всё равно.
В дверь раздается стук. Даша вздрагивает и озирается, словно ожидает увидеть в проеме полицейских с наручниками. Вместо грозных представителей закона на пороге возникает Лупарев. Черные усы появляются не вовремя.
— Серё… Кх-кх, — Леонид Михайлович видит Дарью и тут же поправляется. — Сергей Павлович, я по поводу транзита через Ямал. У вас тут совещание?
— Леонид Михайлович, это вы? — сердце у Сергея гулко стучит. — То есть, я хотел сказать…
— Да, Сергей Павлович, это я, — заместитель поджимает губы и слегка разводит руками.
Сердце Сергея успокаивается, но зато загораются глаза.
— Дарья, посиди пока, а мне нужно с Леонидом Михайловичем выйти на пару минут, — Сергей кладет руку на плечо девушки.
Дарья коротко кивает. Сергей выходит из своего кабинета, оставив девушку внутри. Дарья вынимает мобильный телефон и после секундной паузы убирает его обратно. Так повторяется ещё два раза. Наконец она глубоко вздыхает и откладывает телефон в сторону. Будь что будет. Она не станет сообщать о том, что попалась. Дверь за спиной мягко отзывается на легкий толчок.
— Значит так, Даша. Сколько ты должна нанимателям? — Сергей подходит к девушке, Леонид Михайлович садится по другую сторону стола.
— Три миллиона, — выдыхает девушка.
— Ого, нормальная сумма, — присвистывает Леонид Михайлович. — Дороговата у нас медицина.
— Да уж, сумма не маленькая. Ладно, Даша, мы поступим с тобой так. Договор купли-продажи я тебе отдать не могу, — Сергей крутит в руках ручку.
— Я понимаю, — всхлипывает девушка.
— Но также не могу оставить тебя наедине с нанимателями. Работница ты отличная, нареканий не было… до этого дня. Давай-ка устроим тебе отпуск. Тебе и твоей маме. Что ты так хлопаешь глазами? Мы поговорили с Леонидом Михайловичем и решили заплатить за тебя долг. Знаю, что это звучит нереально, ведь ты всё равно не собираешься называть имена нанимателей. Да-да, ты их боишься больше, чем полиции, поэтому я не буду тебя мучить расспросами. Но мне от тебя нужна помощь в одном необычном вопросе…