– Да, молодежь нынче трудная пошла. – поддержал я горожанку, – Так и норовит не работать, да чтобы все само с неба падало. И бога совсем не боятся.
– Вот! Верно говорите, отче! – она сделала понимающий вид и покачала головой.
Ну еще бы. В твою-то молодость, конечно же, все иначе было.
– А скажите, уважаемая Аглая, где можно рабу божьему приют временный найти?
– Ой! Да где угодно! – всплеснула она руками, – Это же город приезжих. Вверх от порта первая улица, Прибрежной зовется. Там сплошь и рядом таверны, да гостиницы – на любой кошелек найти можно. Но коли денег у вас немного, могу адресок подсказать. Хозяин набожный, да жену с сыном схоронил; а дом у него, что у купца – здоровенный! Сдает комнатки недорого. А если освящение вне очереди ему проведете – так и вообще, считай, даром поживете.
– Мне подошло бы, – как можно скромнее ответил я. – Люд мы не богатый, а что до службы – это дело богу угодное, благостное.
Аглая быстро описала мне как найти Ярмарочную площадь, рядом с которой и жил вдовец, а заодно посоветовала указать ее имя в качестве рекомендации. Селиться там я, конечно же, пока не собираюсь. Но иметь запасной вариант всегда неплохо. Тем более, что-то мне подсказывает, что встретят меня там с распростертыми объятиями. Местное духовенство, как я понял, охотнее освятит очередную лавку или корабль. Без этого торговать на портовом рынке нельзя. Почему-то вспомнилась всеми любимая в России пожарная инспекция. Правда хрен его знает, как этот обряд проводить, но не думаю что это сложнее, чем помахать кадилом. По городу погуляю, да может где и подсмотрю.
За разговорами время пролетело быстро, а вскоре на горизонте показалась земля. Меня охватило легкое волнение, и я с интересом принялся вглядываться вдаль. Городок был на удивление ровным, словно сама природа в этом месте устроила площадку, а первые горы, как и было обозначено на карте, начинались далеко на горизонте. Видимые с корабля домики не превышали трех этажей, и лишь городская ратуша возвышалась над остальными строениями, словно башня. Да еще неподалеку от нее церковный купол, украшенный вечной "омегой".
Покой и тишина улетучились, едва наш корабль причалил к берегу. Не успели матросы сбросить трап, как к нему слетелись смуглокожие люди, увешанные товаром: от каких-то небольших блестящих побрякушек, и до продуктов – в основном фруктов, половину из которых я так и не смог опознать, да какие-то сладости.
Я натянул капюшон на глаза, перехватил сумку так, чтобы исключить любое проникновение подозрительных лиц внутрь нее и двинул на эту толпу. К моему удивлению, местные цыгане избегали мне что-либо предлагать и даже уступали дорогу. Похоже духовенства они побаивались не на шутку. Но не успел я порадоваться такой отличной новости, как меня огорошил голос Локи: