– У тебя машина со встроенным диктофоном? – сказала Эльвира. – Представляю, что творится в твоей квартире. Жучки, небось, вмонтированы даже в унитаз!
– Выдержка у тебя приличная, – отозвался он. – И все-таки, зачем ты дала ему сбежать?
– Да? А мне показалось, что это ТЫ дал ему сбежать.
– Ладно, не будем ссориться. Просто скажи, почему? А вдруг это он помог твоему мужу уйти на тот свет?
– Интересно, каким же образом? Замаскировавшись под камень посреди реки?
– Ты так и не ответила на мой вопрос.
– Наверное, потому, что я никогда не носила тяжелые мужские ботинки на шнуровке.
– А что это значит?
– Стиль «милитари» – не по мне… Я считаю, что воинственность женщине не к лицу. И если она может послужить добру, то почему этого не сделать?
Вот опять! Словно кто-то говорит за нее слова, которые только что родились в ее голове.
– Во тьме на миг блеснул луч света и погас. Девушкам из высшего общества трудно избежать красноречия… Говорят, женщин вообще трудно понять, а уж из другого круга…
– Ты не считаешь, что у тебя уже мания? Может, ты просто меня боишься?
– А ты меня?
– Нисколько!
– Значит, я тебе нисколько не нравлюсь?
– Но при чем здесь это… А, ты имеешь в виду, что я не побоялась твоего гнева и того, что ты станешь хуже ко мне относиться?Но мне казалось, что люди должны быть, а не стараться кого-то там из себя изображать… Что ты молчишь?
– Любуюсь. Я и думать не мог, увидев тебя в первый раз, что за внешностью херувима скрывается такая неординарная личность. Честно говоря, мне казалось, что ты всего лишь маменькина дочка, богатенькая девочка с одной извилиной в голове… Прости!
– Да пожалуйста!
Он внимательно посмотрел в ее глаза.
– Гордишься собой? Перешла в стан врага.
Эльвира поморщилась и с сожалением вздохнула.
– Звонарев, ну почему ты такой упертый?
– Да потому, что я могу смотреть вперед, в отличие от некоторых, зашоренных… Представь себе, глупый мальчишка, явно кавказской внешности, с оружием в руках. Все равно, до первого милиционера.
– Во-первых, мы живем так близко от Кавказа, что для нас тип этой внешности – буквально каждый третий житель края. А во-вторых, нет у Нури никакого оружия!
Эльвира полезла в сумочку и протянула Звонареву оба ствола.
– Между прочим, он дал мне слово: никогда в жизни больше не брать в руки оружия.
– Ха-ха, – сказал, будто рыкнул Георгий. – Мое слово, хочу, даю, хочу назад беру!
Она не стала ничего отвечать. У них и так получался какой-то детский спор: я прав, нет я права. Сама Эльвира в своих действиях ничуть не сомневалась. И вообще, что сделано, то сделано. Гораздо больше ее беспокоил сам Звонарев. Личность горделивая и тщеславная.