– Наверное, все же не такой простой.
– Ты уже начинаешь мною гордиться, – засмеялся он.
Эльвира вдруг помрачнела.
– Знаешь, я подумала, а вдруг Нури попал бы в тебя, когда ты убегал?.. Кстати, а почему вообще ты убегал?
– Я так и знал, что ты меня об этом спросишь. Для начала представь, что было бы, согласись я в угоду этому Нури бросить оружие? Он мог бы и сам наделать глупостей, и мою машину угнать…
– Я так и знала! – закричала Эльвира. – Даже в такой опасный момент ты думал не обо мне, а о машине, которую ты заработал на свои кровные в Германии, и которую мог бы угнать этот кавказец!
– Ну, представь себе, если бы я не отогнал машину, и он на ней бы уехал. Нам пришлось бы до шоссе добираться пешком несколько суток.
– Ты хочешь сказать, что могла бы повториться ситуация, в которой незадолго до того побывала я? Только у тебя, между прочим, был с собой мобильник, и ты мог бы дозвониться до своего начальства… Или в этих горах твой телефон не работал?
– Прекрасно работал. Я и в самом деле позвонил шефу, рассказал ему в двух словах, что случилось и попросил его о полномочиях…
– Как это? – не поняла Эльвира.
– То есть, я спросил, надо ли привозить в отдел твоего распрекрасного Нури, или я могу его отпустить? Шеф сказал: «На твое усмотрение».
– Выходит, ты уже тогда знал, что его отпустишь?!
Звонарев пожал плечами, на всякий случай прижимая ее кисти рук.
– А что же ты тогда разыгрывал передо мной комедию?.. И вообще, отпусти мои руки!
– Я боюсь, у тебя такие когти…
– Не когти, а ногти. Ты даже не представляешь, сколько они стоят.
– Хочешь сказать, что мне это будет не по карману?
– Что ты заладил: мне, да мне! Я, между прочим, тоже буду работать. И, между прочим, адвокатом!
– Царапаться не будешь?
– Боишься, когда страшно?
– Боюсь, – сказал Георгий и положил ее руки себе на плечи. – Боюсь, а вдруг ты во мне разочаруешься или передумаешь за меня замуж выходить.
– Между прочим, по-настоящему ты предложение мне и не делал.
– А по-настоящему – это как?
– Надо сказать просто: «Эльвира, выходи за меня замуж!»
– А ты что скажешь?
– А я попрошу у тебя время подумать. И ты ответишь: «Думай. У тебя есть целых десять минут!» Мне нравится, когда в фильмах так говорят.
Он взглянул на часы.
– Уже меньше, осталось девять минут.