На улице было довольно прохладно, но я наслаждалась такой погодой. Лето выдалось невероятно жарким, горожане просто плавились, дышать было нечем, не спасали даже кондиционеры. Одного воспоминания об этом было достаточно, чтобы насладиться вечерней прохладой сентября.
– Как его зовут? – обратилась я к молчаливо вышагивающему слева от меня Виктору.
– Крахмалов Кирилл Сергеевич, – отрапортовал Титов, – учился в том же институте, что и папа. Сейчас трудится над каким-то проектом…
Крахмалов, хихикнула я, вспоминая систему Владимира Григорьевича. Значит, судя по фамилии, мужчина должен быть белым, мягким и находиться в порошкообразном состоянии. Я хихикнула.
– Что смешного? – не понял Васька.
– Ничего, – невинно ответила я.
Кирилл Сергеевич не был похож на крахмал. Ему бы больше подошла фамилии Пышкин или Сдобрин, при его-то роскошной фигуре. Весил он добрый центнер, но обладал довольно приятным, мягким выражением лица.
– Вы ко мне? – весело спросил он.
Я внезапно затормозила, вспомнив, что мы так ничего не придумали, чтобы объяснить внезапно вспыхнувший интерес к его бывшему сокурснику.
– Если вы Крахмалов Кирилл Сергеевич, то да, – перенимая веселую манеру собеседника, широко осклабился Виктор. – Меня зовут Антон Титов, это мои друзья, Анна и Василий, мы хотели бы поговорить с вами…
– О вашем отце, – торжественно закончил за него Крахмалов.
– Откуда вы знаете? – продолжал улыбаться Виктор, но подозрительность из голоса убрать не сумел. А может, не захотел. Мы с Васькой насторожились.
– А о чем еще со мной мог бы говорить сын Антона? – заколыхался Кирилл Сергеевич, и я поняла, что он просто смеялся.
– Точно, – протянул Виктор, – о чем еще?…
– Только давайте выйдем на улице, – вдруг засуетился Крахмалов, – дома слишком душно, внучок маленький заболел, вот жена и устроила тропики…
– Да, конечно, – подхватила я – сидеть в духоте мне совсем не улыбалось.
– Милая, я пойду прогуляюсь! – крикнул мужчина, хватая с вешалки куртку.
– Не ори ты! – раздался из квартиры сердитый женский голос. – Ваня только уснул!
– Извини! – шепотом ответил мужчина и первым кубарем скатился вниз.
Мы только рты пооткрывали: был центнер живого веса – и вдруг нет его. Васька опомнился первым и побежал по ступенькам вниз вслед за беглецом. Мы с Виктором переглянулись и дернули следом.
Крахмалов поджидал нас на улице. Заметив нас, он принялся виновато оправдываться:
– У меня Мариша, когда злится, знаете, какая боевая становится? Если ей под горячую руку попасть, мало не покажется, она Ваню укачивала два часа, вдруг я его разбудил?