– Нет, пока еще не выяснил.
– Не напрягайся, – усмехнулся Стас. – Шипов Юрий Юрьевич, в курсе кто это?
– Ну, – насторожился следователь. – И если ты поторопишься, то обнаружишь в его торговом центре казино.
– Ты это серьезно?
– Как говорится, лучше один раз увидеть…
Мы услышали, как следователь отвлекся, давая указания насчет поездки в торговый центр.
– Ну, спасибо, что ли… – неуверенно произнес Антон Романович.
– Кушайте на здоровье, – усмехнулся Вирт.
На этом мы закончили наш разговор.
– Ну вот, – повернулся ко мне напарник, – теперь с нас сняты обвинения, мы свободны, сейчас я напишу отчет и куча денег у нас в кармане.
– Стас, может, не будем торопиться с отчетом? – спросила я неуверенно. – У меня плохое предчувствие.
– Не смеши меня, предчувствие предчувствием, а задание выполнено. Все, я устал. Хочу навестить друга в больнице и уехать куда-нибудь отдохнуть. А ты можешь делать что угодно. Наши партнерские отношения окончены.
До дома ехали молча. Я хотела заговорить с Виртом, сказать, как я рада была с ними познакомиться, что это задание запомниться мне надолго, что я хочу и дальше поддерживать с ними отношения, с ним в частности.
Но все это я проговорила только про себя.
Мы вернулись на квартиру к Стасу, теперь можно было не прятаться. Вирт скинул отчет и созвонился с шефом. Шеф поздравил нас с успешно выполненным заданием, сказал, что доказательств достаточно, спросил о самочувствии Дика и велел завтра приходить за деньгами.
– А напарница ваша получит деньги в своей конторе, у своего шефа. Я сейчас переведу их туда.
Я кивнула и пошла собирать вещи. Ну, вот и все, дом моей мечты, жди меня.
– Когда улетаешь? – спросил появившийся в дверях Вирт.
– Эээ, я посмотрела, в 5 утра есть вылет, думаю, этим рейсом и полечу.
– Не терпеться домой?
– Есть немного, – слукавила я. Домой не хотелось, и вообще было как-то грустно, что все это закончилось так неожиданно. – Жалко, что к Дику не попаду.
– Я передам ему привет. Папа сказал, что ему лучше.
– Я рада.
По-моему говорить было больше не о чем.
– Ну, ладно, не буду мешать, – сказал Вирт после неловкой паузы.
Я осталась одна в комнате. Какое-то двойственное чувство не покидало меня: с одной стороны, я хотела скорее сбежать отсюда, вернуться в свою размеренную жизнь, с другой – я увидела другую сторону медали, и не уверена, что мне она не нравится. Друзья, мужчина, с которым ложишься в постель не только, потому что есть физические потребности; вечера не одной, просыпаешься – всегда кто-то есть. Все то, от чего я бежала последние лет семь, настигло меня в этой чужой, но уже такой привычной квартире.