— Мы старались хорошо обслуживать наших клиентов, — скромно пожал плечами Мориц. — Беда в том, что клиентов больше нет. Ни одного. Большинство моих ребят попались. Остались я с женой и еще несколько человек. Вы знали мою Шейну? Она спит в соседней комнате. Мир может перевернуться — она будет спать. Даже когда вы пробивали дыру в мой бункер, она не проснулась. Совсем больна. Ей нужен доктор и перемена жизни.
— Как это вам удалось провести электричество, радио?
— Подумаешь! Поставил генератор, научился связываться с арийской стороной... Простенький код.
— А телефон?
— Один из моих парней работает в телефонной компании. Обвести телефонную компанию вокруг пальца ничего не стоит. Мы подключились к украинской линии для охранников на щеточной фабрике и говорим на идише. Им такое и в голову прийти не может. Нет, Андрей, я ужасно жалею, что вам удалось нас найти, я вас всегда очень уважал. Нужна особая хватка, чтобы доискаться до этого бункера, но мне ничего не остается, как...
— Не торопитесь, Мориц. Вы же понимаете, что я не полез бы сюда, если бы меня не подстраховывали. Вы что-нибудь слышали о Еврейской боевой организации?
— Доводилось, — ответил Мориц. Он заподозрил, что его собираются схватить.
— Они знают, куда и зачем я пошел.
— Ах ты, черт! — Мориц-Нашер с кислой миной положил на стол свой дробовик. — Как только я увидел, что вы пробираетесь в мой бункер, я себе сказал: этот пройдоха слишком хитрая бестия, чтобы идти сюда на свой страх и риск. Спросите Александра Бранделя, он вам скажет, что я всегда входил в положение ”Общества попечителей сирот и взаимопомощи”.
— Мориц, ради Бога, бросьте оправдываться. Разве я вас в чем-нибудь обвиняю?
— Вам, конечно, нужен мой бункер.
— Конечно.
— И продукты на семьсот тысяч злотых.
— Мне, право же, неловко, Мориц, поверьте.
— Что за сволочная штука эта жизнь. Не обобрал тебя один вор, так это сделает другой, — изрек Мориц. — Андровский, я хочу у вас кое-что спросить. Вот эта самая Еврейская боевая организация... Это вы тюкнули эсэсовцев на углу Заменгоф и Низкой?
Андрей кивнул.
— А Варсинского тоже вы кокнули?
Андрей снова кивнул.
— Ваши парни собираются заниматься этим всерьез?
И в третий раз Андрей утвердительно кивнул.
— Так я вам вот что скажу. На прошлой неделе, когда была эта стычка, я первый раз в жизни начал гордиться тем, что я — еврей. Так, может, мне еще повезло, что вы первыми меня нашли.
— Мориц, — сказал Андрей, — Еврейской боевой организации нужен интендант.
— А что это такое?
— Человек, который снабжает армию продуктами.
— Вы хотите сказать, спекулянт?