Путь занял около часа.
Оставив машину, мы пошли к скале, там, где дед меня когда-то нашел. Пространства свободного много, только земля усеяна камнями, но мне это не помешает.
Я остановился у небольшого валуна в задумчивости.
— Ну и с чего начнем? — Дед подошел ко мне.
Пришлось пожать плечами, у меня появилась некая растерянность. Совершенно не представляю, что нужно сделать, чтобы обратиться.
Задумчиво оглядев меня, он покачал головой.
— Думаю, вначале стоит раздеться.
— Зачем? — Я удивленно на него посмотрел.
— Ты же не знаешь, каким станешь. Порвешь одежду, в чем потом домой поедешь?
Я почесал затылок, действительно, форма тела может оказаться совсем иной, больше того, что есть сейчас.
На улице тепло, посмотрев по сторонам, не знаю зачем, на что дед хмыкнул, не торопясь снял с себя все, оставшись в трусах.
— Ну, давай, пробуй? — Отойдя в сторону, метра на три, он уставился на меня.
Что это он отошел? Чего опасается? Я что, могу представлять какую-то опасность? Мне и так не по себе, а он еще делает вид, как будто я взрывать что-то собрался.
Покачав головой, задумавшись, развел руками.
— А как?
Матвей Егорович хмыкнул.
— Я то, откуда знаю, это ты Драгорн, тебе виднее.
— Ага, я понятия не имею, что надо сделать, чтобы обратиться. — Только сейчас до меня дошло, вообще не представляю, как это происходит.
Я насупился, опустив голову, потер босой пяткой по другой ноге.
— Это не поможет. — Дед заулыбался, увидев мои движения.
— Веселишься, да? — Я засопел, стиснув губы, нахмурившись, сдвинул брови.
— Напрягись, только осторожней, а то не дай Бог, оконфузишься. — Дед вновь заулыбался.
Что он надо мной издевается? Дернув от злости руками, рыкнув, прикрыл глаза. Надо сосредоточиться. Вот только на чем?
Возможно, то, что я другой, что хочу измениться.
Мне кажется, это только первый раз сложно сделать, дальше будет естественный и быстрый процесс.
Почувствовав в себе энергию, слитую воедино с телом, мысленно произнес «Драгорн», отдавшись на волю чувств.
Тело закололо будто иголками, всего передернуло. Пошатнувшись, раскинув руки в стороны, чтобы сохранить равновесие, я открыл глаза.
Моя челюсть отвисла, глаза расширились в изумлении, даже дыхание замерло, я увидел свои руки.
Дед хмыкнул, от его возгласа, я вздрогнул.
Медленно поднес ладони к лицу, внимательно их разглядывая.
Тело изменилось, но такого не ожидал. Я был покрыт мелкой, черной чешуей, наподобие змеи. Вместо ногтей, маленькие, острые коготки.
— Охринеть. — Не выдержал я, часто задышав от волнения.
Ошарашенный, пребывая в какой-то прострации, изумленно посмотрел на деда.