«Ничего не случилось…»
Ни черта она не понимала! Да, в аварии, на сей раз, никто не пострадал. Но это ничего не меняло. Я находился за рулем. Я не справился. Снова, снова, снова…
Ну почему я не вызвал своего водителя или такси? С чего вдруг решил, что могу посмотреть старым страхам в глаза открыто? Чертов идиот! Я не победил их. Они лишь уснули на время. Дали мне иллюзию, что могу жить, как нормальный человек, только лишь для того, чтобы теперь вернуться. Накинуться с новой, удушающей силой.
Меня трясло. Находясь будто бы в тумане, я уладил все вопросы с этим ДТП, оказавшимся, к счастью, мелким. Но ведь могло быть иначе. Ведь могло случиться страшное. Могло все повториться…
- Я вызвал такси, - сообщил Ане не своим голосом. - Мою машину отгонит мой человек. Мы едем сейчас же в больницу. Хочу знать, что… - взгляд сполз на ее пока еще плоский живот, - что все в порядке.
- По ощущениям мы целы, - улыбнулась в ответ Царева, но я видел, что улыбка вышла натянутой.
Наверно, я напугал ее. Господи, да о чем говорить, если сейчас я и сам себя боялся?
- Ощущений мало, - откликнулся безжизненно.
Все то время, что Аня провела на осмотре, я сидел вместе с Лерой в коридоре и ждал. Старые кошмары наплывали на меня удушливой волной, и я сам не понимал, как вообще еще держусь. От подступающего безумия спасало лишь присутствие дочери рядом.
- Папа, мне страшно, - проговорила она тихо и я едва сдержался, чтобы не завыть в голос.
Знала бы Лера, как страшно было мне самому! Потому что я уже все понимал.
- Почему? - выдавил из себя с трудом.
- Я раньше не хотела, а теперь… очень хочу сестренку или братика. Ведь с ребеночком ничего не случилось?
Я не знал. Но если вдруг произошло самое ужасное - никогда не смогу себе простить. Пусть даже впереди идущая машина затормозила так неожиданно, что я не был к этому готов - все равно я находился за рулем. Я не смог уберечь… не захотел… Мысли путались, делая прошлое и настоящее почти неотличимыми друг от друга.
- Ничего не случилось, - глухо ответил дочери. - Мама на плановом осмотре.
- А почему ты тогда так испугался?
Господи, как же трудно обмануть ребенка! Как чутко она все чувствовала, как хорошо понимала!
- Потому что однажды уже побывал в аварии.
- Это оттуда? - дочь протянула руку к моему лицу и вновь погладила, как уже было однажды, шрам на щеке, наполовину скрытый щетиной. Она назвала его тогда смайликом…
В горле встал тяжелый ком. Держаться. Нужно держаться ради Леры. Лера, Лера… почему все так получилось? Почему я наделал столько ошибок? Ошибок, за которые вынужден теперь платить, видимо, до конца своей жизни.