Личным составом комендатуры заведовал комиссар Хлоб.
— Не Хлеб, не Хлоп и, боже упаси, не Клоп! — счёл нужным предупредить капитан Городец, отдавая собственноручно заполненную анкету рекрута. — Смотри, не перепутай и выговаривай чётко! Он звереет, когда ошибаются.
Комиссар Хлоб оказался худощав, загорел и брит наголо. А ещё он явно был не в восторге от того, что видел. То есть — от меня. И неприязнь вызвала точно не заклеенная пластырем скула. Понятия не имею, что именно понаписал в анкете Городец, не было времени даже одним глазком в неё заглянуть, но комиссар, судя по всему, испытывал серьёзные сомнения, что хоть что-то из этого имеет прямое отношение ко мне.
— Да-а-а… — озадаченно приговаривал он время от времени, отрывался от заполненного убористым почерком листка и поднимал взгляд, затем возвращался к чтению, но очень скоро всё повторялось снова. — Да-а-а…
Я прекрасно отдавал себе отчёт, что для службы в комендатуре гожусь даже меньше, нежели для поступления в балетную труппу, но иных путей сохранить и преумножить способности к управлению сверхэнергией не видел и потому сцепил пальцы и дожидался вердикта, стараясь не выказывать нервозности; потел молча.
На шевроне комиссара красовался один широкий угольник, а я понятия не имел, бьют ли его в здешней иерархии три угольника узких. Более того — имел все основания полагать, что дело обстоит с точностью до наоборот. Слишком уж много времени Георгий Иванович уделил разъяснениям, что именно мне стоит говорить, а о каких моментах лучше по возможности не заикаться вовсе.
Вот только сам он на собеседование не пошёл, а комиссар глядел то в анкету, то на меня, морщился как от зубной боли и вздыхал.
— По бумагам ты мечта, а не рекрут, — заявил он наконец, кинул листы на стол и прихлопнул их худой жёсткой ладонью. — Полное среднее образование, политически зрел, социально активен. Бокс, борьба, пулевая стрельба, навыки парашютирования и десантирования по тросу, мотоспорт! Но признайся честно, — Хлоб даже слегка подался вперёд, — чем из этого ты действительно владеешь? Нет, не отвечай! Переформулирую вопрос: за какой из этих навыков тебе не придётся краснеть?
Я миг раздумывал над ответом, потом признался:
— Мотоцикл неплохо вожу.
— Серьёзно?
— Ну да… — кивнул я и поспешил поправиться: — Так точно!
— Не врёшь? — уточнил комиссар с каким-то неожиданным интересом.
— Н-нет. Зачем мне?
— Готов прокатиться прямо сейчас?
Я кивнул, от удивления даже позабыв об уставном «так точно». Хотя «так точно» — это в армии, а касательно порядков, заведённых в отдельном научном корпусе, меня в известность ещё не поставили.