- Не нравится мне это. - Голос, произнесший фразу, звучал без акцента, чисто по-русски.
- Чера? - спросил второй, несомненно афганец. - Почему?
- Здесь легко подслушать. Много камней, нетрудно спрятаться.
- На. - Афганец говорил уверенно. - Нет. Инджа хуб - здесь хорошо.
- Инджа, инджа, - недовольно пробурчал русский. - Ты уйдешь, а меня возьмут за задницу и к ногтю.
- На, на, не боись.
Мишин лежал, затаив дыхание: пугало, не станут ли его искать. Если собеседники знают о существовании норы, достаточно осветить ее нутро фонариком, обнаружить опасного свидетеля и аккуратно пристукнуть его. От напряжения как-то само собой прекратилось ощущение неудобства от лежания на острых камнях.
Через некоторое время собеседники отошли в сторону, сели на камни и о чем-то долго беседовали вполголоса. Курили. Мишин их не видел, но запах табачного дыма до него долетал.
Час спустя встретившиеся распрощались, и звук их шагов удалился в разные стороны. Однако это не давало Мишину уверенности, что можно покинуть укрытие. Он оставался в нем до рассвета. С первыми лучами солнца появился Духов.
- Приходили? - Голос майора выдавал крайнюю заинтересованность.
- Были.
- О чем говорили, понял?
- Сидели в стороне. Вначале подошли совсем близко. Потом отдалились.
Мишин слово в слово повторил все, что ему удалось услыхать.
Духов удовлетворенно кивал.
- Добро, Мишин. Теперь откровенно: сильно перетрухал?
- Как сказать. В общем, дело малоприятное.
- Хорошо. Сейчас вернемся, ты отдыхай.
Вечером пойдем опять. В другое место. Надо точно установить, кто с кем встречается...
Очередной секрет Духов расположил в глинобитных развалинах неподалеку от гарнизона.
Здесь раньше был караван-сарай, или, порусски, постоялый двор на большом тракте.
Его окружала высокая глухая стена, сложенная из саманного кирпича. Теперь сооружение, брошенное всеми, пустовало.
Года три назад отряд моджахедов устроил за стенами караван-сарая засаду. К невезению противника командир полка мотострелков, двигавшихся по дороге, издали заприметил подозрительное сооружение. Он приказал гаубичной батарее развернуться и на всякий случай взять его под прицел.
После первых же выстрелов из засады мощный залп накрыл караван-сарай. Никому из моджахедов уйти с поля боя не удалось. С той поры за развалинами у них сохранилась слава места неудачного. Устраивать здесь засады боевики больше не рисковали.
Мишин просидел в развалинах до утра. На этот раз он больше боялся, как бы рядом не появились змея или скорпион. Чем-чем, а этой гадостью Афганистан богат в полной мере.