— Неслыханно даже предполагать!.. — напрягся Джастин. — Мисс Лейн лучше всех ладила с Порлоком.
Лицо Лэмба было непроницаемым.
— Я не делаю предположений, мистер Лей, я излагаю факты. Я здесь только для этого — собрать факты. И мне нужна ваша помощь. Я хочу знать, где находился каждый из гостей, когда вы зажгли свет. Вы ведь хорошо их видели от входной двери, верно? Не могли бы нарисовать примерный план?
— Уже нарисовал.
Джастин достал листок бумаги и положил на стол.
Фрэнк Эббот поднялся и встал за спиной Лэмба. Какое-то время они изучали чертеж, а затем Лэмб сказал:
— Ближе всего к покойному женщины — по обе стороны. Мисс Лейн находилась между вами и телом. Миссис Окли — с другой стороны. Она стояла к вам лицом?
— Да, и лицом к убитому.
— Расстояние?
Джастин засомневался.
— Футов пять-шесть…
— А мисс Лейн?
— Примерно так же. Но она была спиной ко мне.
— Вы видели миссис Окли. Как она выглядела?
— Испуганной, потрясенной.
— А потом встала на колени рядом с убитым, называя его Гленом и говоря, что кто-то его убил?
— Да.
Главный инспектор продолжал опрашивать гостей мистера Порлока. Если он и устал задавать одни и те же вопросы, внешне это никак не выражалось. Некоторые беседы были короткими, другие — непереносимо длинными, особенно для опрашиваемых.
Мистер Мастерман опять вышел из кабинета с багровым лицом — совсем как в показаниях Эрнеста Пирсона. Он направлялся в свою комнату, когда одна из дверей открылась, и выглянула сестра.
— Джеффри, я хочу с тобой поговорить!
— Не сейчас!
Он собирался скрыться в спальне, громко хлопнув дверью, однако не успел — сестра догнала его и схватила за руку.
— Или ты поговоришь со мной, или я все им расскажу! Выбирай!
Мастерман уставился на сестру. Если женщину довести, она способна на любую глупость. С сестры станется, правда ведь расскажет… Он сказал спокойно и сдержанно:
— Я не буду ничего обсуждать в доме. Надень пальто и шляпку и пойдем прогуляемся.
Она зашла в свою комнату без единого слова и так же молча вернулась — уже в мешковатой старенькой шубе и потертой шляпке из черного фетра. Они спустились, вышли через парадную дверь и, миновав сад, оказались на открытом пространстве поля для крокета — в довоенные годы престарелая мисс Помроуз устраивала игры для друзей. Наконец Мастерман заговорил:
— Ну, что ты хотела сказать? Только давай ходить туда-сюда! Так будет выглядеть естественней.
Мисс Мастерман скомкала на груди воротник шубки и схватила мертвой хваткой — так же, как недавно руку брата.
— Что они тебе сказали? Что ты им ответил? Что они спрашивали?