— Ты выглядишь так неуместно здесь, — хихикнула я.
Он изо всех сил старался не улыбнуться, но затем на его лице появились ямочки и уголки его губ поползли вверх.
— Поверь мне. Я чувствую себя намного более комфортно в таких местах как это, чем ты думаешь.
Его слова заставили меня задуматься о нем и о том, откуда он пришел. Я практически ничего не знала о Себастьяне, но у меня внезапно появилось желание узнать его. Он был загадкой — кто может носить дорогие костюмы, но по-прежнему чувствовать себя комфортно в гетто[3] Нью-Йорка.
Мы заняли столик в задней части закусочной, вдали от остальных людей.
— Расскажи мне что-нибудь о себе, — сказала я, нервно разворачивая салфетку перед собой.
Когда Себастьян не ответил, я посмотрела вверх и увидела, как он уставился на меня, словно я была его ужином. Его взгляд медленно перемещался от моего лица вниз к шеи и остановился на моей груди.
— Я не разговариваю о себе со своими девочками.
Самое странное произошло в этот момент. Во мне проснулась ревность. Она загорела в моем животе, как будто я только что съела плохую мексиканскую еду. Это не имело никакого смысла, потому что у меня не было власти над Себастьяном, вообще. Я сомневаюсь, что кто-либо в мире получит власть над ним.
— Прошу прощения. Забыла, что я просто одна из твоих девочек. Однако, нас много, — резко ответила я, смотря куда угодно, но не на него. Я была смущена своей реакцией.
— Ты ревнуешь к другим девочкам, Джессика? — спросил он. Его улыбка была дерзкой и самодовольной.
— Нет.
Нет никакой необходимости вдаваться в подробности. Я полагаю, что моя ложь будет более правдоподобной, если скажу это коротко и ясно.
— Хорошо. У тебя нет причин для ревности. Я не виделся и не разговаривал ни с одной из них с того момента, как впервые тебя увидел.
Ожог в моем животе распался, и я оказалась заперта под горячим пристальным взглядом. Затем он отвернулся и поправил свой воротник. Себастьян чувствовал себя неловко, и полагаю, что он сказал больше, чем хотел.
Официантка подошла и поставила нашу еду на стол. Большие, небрежные гамбургеры, полные калорий и питательности, картофель-фри и сердечный приступ — это было именно то, что мне нужно.
Гамбургер был потрясающим, и я не могла не издать стон в знак благодарности, пока жевала.
— Вкусно, верно? — спросил он, укусив свой гамбургер.
— Боже мой, это лучший гамбургер, который я когда-либо пробовала.
И это было так. Я могла представить, как могу бросить вызов городским улицам, чтобы мне представился случай восхититься своим гамбургером.
— Это было моим любимым местом, где я мог поесть, когда был моложе, — сказал он, выдавливая на жареное мясо кучу кетчупа, а затем вновь накрыл свой гамбургер.