Все его повреждённые и выпотрошенные части естества терзали лишь мысли о жизни.
О спасении своей жалкой, скользкой жизни.
Ему было не важно и то, что рядом доносятся взрывы, люди разговаривают, проходят вспышки, борьба и вся прочая дискотека.
Если бы сейчас начался полноценный Армагеддон, он лишь презрительно улыбнулся бы, продолжая быть погруженным в мысли о спасении.
Двумя руками схватившись за стеклянный сосуд, пытаясь оторвать крышку.
Слишком слабый, чтобы сломать.
Поднеся её ко рту, он лишь беспомощно сломал хрупкие зубы.
У него и это не получилось.
Жалкий.
Слабый.
Низшее существо, которое может убить и травоядное животное.
Его ОЗ находилось на критически низком уровне.
Но он был червём, а место червя в земле…
Со всей силы, что у него осталась, он ударил стеклянный сосуд о торчащий маленький камень, попутно протыкая тощую руку о крошечные осколки.
Светло-голубая жидкость выплеснулась на землю, начиная просачиваться в неё.
Червь упал лицом в почву, начиная беспорядочно и жадно поглощать части грязи вместе с живительной эссенцией.
Его уста украшала усталая улыбка, а рот был наполнен землей.
С каждой поглощенной из песка каплей, его ОЗ восстанавливалась, а песок и грязь вытекали из раны.
Поглотив достаточное количество земли, червь перевернулся на спину.
С такой удачей можно было стать Богом удачи, но, к сожалению, он выбрал другой путь.
В чём ему повезло в этот раз, спросите вы?
Порок заблокировал его монстрафикацию, поэтому он не превратился в монстра от лечебной эссенции.
Но он чувствовал ту ужасающую боль, которая пронизывала его тело во время регенерации.
С другой стороны, ему крупно не повезло.
Аккуратно встав на колени, Александр поднялся и посмотрел в тёмное небо, пронизанное сотнями золотых и фиолетовых молний.
— Мне бы такие спецэффекты…
Встав на ноги, он покачнулся.
Худое уродское тело, с продольным шрамом по всему животу украшало такое же истощенное морщинистое лицо.
Его волосы выцвели и истончились, приобретая седой оттенок.
Не вычурный и красивый оттенок изысканной краски, а ужасный блёклый оттенок старости, трухлявости и смерти. В голубых глазах так же поселилась белизна.
Будь здесь врач, он бы констатировал, что это старческая катаракта.
Без полноценной жизненной энергии монстра, без тела одного из Вестников, он был всего лишь смертным человеком.
Всё в мире требует свою цену.
Равноценный обмен.
Так Александр и потратил свои драгоценные годы жизни взамен совмещению двух сил Вестников в неподходящем сосуде.
Такого губительного эффекта не произошло бы, если бы не главный ингредиент.