Он бы просто восстановился до нормального состояния, если бы не использовал эссенцию Булька.
Ведь сколько лет и ресурсов организма нужно, чтобы восстановить такое обширное повреждение, а особенно в иссохшем израненном теле?
Много.
Урод выпрямился, неуверенным шагом продвигаясь к началу траншеи.
Он выбрался наружу, постоянно спотыкаясь и разрезая ноги о камни и осколки щебня.
Герой человечества.
Жених Де Фанфара.
Вампир предок.
Вестник Страдания.
Вестник Судьбы.
Несущий Погибель.
Низведенный до такого жалкого состояния.
Высшая ирония, шутка мира.
Справедливость.
Губы червя изогнулись в улыбке, когда он выполз из сделанной им норы, начиная медленно ползти в сторону от борьбы настоящих титанов верхнего мира.
Лишь один раз оглянувшись, он заметил Аарона в теле Ксандра, который яростно кричал и матерился, пытаясь встать на раздавленных руках.
Но у него это не получалось, он попросту не регенерировал.
Что говорить уж о том, что осталось ниже живота…
– Ну, хоть кому-то хуже, чем мне…
Ксандр проводил его яростным взглядом, когда Истинный червь медленно удалился, хромая на обе ноги.
Пожиратель земли прошёл мимо многочисленных зданий, всё удаляясь и удаляясь через многочисленные улицы.
Дойдя до окраины деревни, он перевалился через забор и вышел в лес.
Где-то там он слышал звук ручья или реки.
Ему хотелось пить. Пить до одури.
В глазах всё темнело.
Пройдя сквозь десятки метров леса, вспышка чёрного света прошла совсем рядом с ним.
Ударная волна от этого действия разорвала деревья неподалёку.
Но червю удачи в очередной раз повезло, он вновь выжил, упав в… Яму для отходов.
Сейчас, пройдя столько времени, он уже более или менее управлял телом, хоть и имел невероятно сильную слабость.
Ему вновь повезло, яма мусора была заполнена достаточно, чтобы не застрять в ней. Всего-то с каких-то жалких полметра.
Он резко встал из неё, отряхивая гниющие части еды и другого сырья, начиная идти вдоль ударной волны от взрыва.
У него не было сил, что бы злиться, лишь молча продолжать идти и не терять сознание.
Оглянувшись, ему предстал вид тёмной стены колышущегося барьера.
Ему это не понравилось, очень сильно не понравилось.
Грязный, истощённый и раненый, он побежал, спотыкаясь и падая, разрывая остатки одежды и царапая сухую кожу о ветки и камни.
Он побежал за своей жизнью.
Он успел пробежать полсотни метров, прямо на невысокий обрыв. Дальше шла лишь река, а далее и суша через каких-то 3 или 4 десятка метров.
Он оглянулся, видя квадратный барьер.
Из его рта доносилось тяжёлое дыхание, а суставы скрипели.