Мне захотелось закрыться ладонями. Нос мне один пацан вправлял. Ну да, получилось неплохо, даже некоторая благородная горбинка появилась. И перед ЕП я смущался, и пацаны теперь прикалываться будут, скорее бы он уже меня в покое оставил. Я опустил глаза.
- А можно как-то… — начал я, но ЕП меня опередил, вскинув руку.
- Извини. Извини. Всё…
Он сделал паузу, очевидно, собираясь с мыслями. Я облегчённо выдохнул.
- Кстати, о носах, — продолжил он с невинным видом.
Все заржали, конечно. Я тоже не выдержал.
ЕП подождал, пока мы посмеёмся и продолжил:
- Нет, правда. Помнит кто-нибудь сказку Киплинга про то, почему у слонов хоботы? Про слонёнка?
- Про крокодила? — спросил мой сосед Грачёв.
- Да. Про крокодила. Для тех, кто не читал — там крокодил ухватил слонёнка за нос и нос вытянулся, превратившись в хобот. Отличная сказка. Там у Киплинга ещё есть хорошие: про происхождение броненосца, про жирафа ещё, кажется, не помню. Надо перечитать. У нас должна быть в библиотеке. Возьмите, почитайте, очень забавные. Это по желанию, вне обязательной программы.
Я взял себе на заметку поискать. Обязательные книги я прочитывал довольно быстро, а читать хотелось постоянно, так что в библиотеке на складе у Громозеки я был завсегдатаем. Уже и ругались с ним по этому поводу. Он говорил, что я его в какую-то сраную библиотекаршу превратил. Но я же не виноват, что все книги под запись выдают? Могли бы и так просто давать, чужих тут всё равно нет?
- Так вот, — сказал ЕП, прервав моё мысленное объяснение с Громозекой. — Хочу рассказать свои мысли по поводу происхождения видов. Мне лично кажется, что Киплинг ближе всех подошёл к описанию того, как всё на самом деле происходило. Не в том смысле, что под давлением внешних обстоятельств у одного слонёнка вытянулся нос в хобот и потом эта особенность передалась его детям — это, конечно, бред. Если б такое было возможно, то наш мир населяли бы толпы каких-то промежуточных монстров. А у нас на планете ситуация обратная — все виды отлично приспособлены к своему ареалу обитания. Никаких промежуточных. То есть, даже самые диковинные на вид — к своему месту обитания подходят очень хорошо. Понимаете? Все эти причудливые глубоководные обитатели, например? Глаза на стебельках, а? Или рыба-удильщик? Да все чуднЫе. Все очень чуднЫе. И при этом чрезвычайно практично устроенные.
- Значит, естественный отбор — это бред? — с некоторой запальчивостью спросил Сумин. — Может, промежуточные виды просто вымерли как неприспособленные?
- Ну как же, — миролюбиво сказал ЕП. — Я же говорю, что приспособлены к своему ареалу все очень хорошо. Но не идеально. Я, например, вижу пути развития для тех же жирафов. Или для тех же слонов. Да для всех. Можно было бы ещё что-нибудь отрастить, не помешает. Но нет. Никаких промежуточных видов не существует, понимаешь?.. Так вот. Почему Киплинг, тем не менее, на мой взгляд ближе всех к правде?.. Всё дело именно в детскости объяснений. Всех их как будто ребёнок придумывал, понимаете? Такая непосредственная детская фантазия. Листья высоко растут — а значит надо шею ему удлинить! А этому вместо носа — руку! Но чтоб он ей ещё и дышать мог! И так далее… Но вот воплощал все эти причудливые детские фантазии в жизнь подлинный мастер. Тела сконструированы идеально. Всё работает, функционирует. Абсолютно жизнеспособно. Это поразительно… Сочетание очень понятной нам детскости в придумках и запредельного, совершенно непонятного мастерства в исполнении… Мы не можем описать даже принцип работы самых важных органов — мозга и печени. А синхронизация организма? А если на клеточном уровне рассмотреть? И ведь всё работает. Само, понимаете?.. Вот так здесь, в этом мире, всё и устроено — одновременно очень просто и очень сложно. И нужно помнить про эту одновременность.