Как проходили царские свадьбы XVI–XVII веков, мы знаем из подлинных документов, хранящихся ныне в Российском государственном архиве древних актов. Начинались торжества в воскресенье или в четверг (обязательно в мясоед) и продолжались от двух до четырех дней. Свадьбу играли в парадном зале Грановитой палаты. Здесь застилали полы дорогими коврами и сукнами. Место, на котором должны были восседать молодые, приподнимали над полом, украшали бархатом, соболями и шитыми золотом подушками. Для новобрачных ставили отдельный стол; стол для гостей располагали вокруг, «покоем». В день свадьбы жених и невеста не могли видеть друг друга. Жених, одетый как для коронования, сидел у себя, а невеста ждала в золотой царицыной палате.
Торжества начинались приходом царя со всем его «поездом» в палату к невесте. Общаться молодые еще не могли, и царь через своего дрýжку повелевал невесте отправляться в Грановитую палату. Невеста шла первой, ее сопровождали свахи, боярыни и постельницы. Специальный «окольничий» вместе с дьяком «берегли путь», а протопоп кропил этот путь святой водой. Царь отправлялся следом, его сопровождал «тысяцкий» — главный свадебный распорядитель со стороны жениха — и дрýжки. Тут же шли свечники, каравайники, фонарщики…
Свадебный стол встречал новобрачных символическими хлебом-солью и сыром. Но доставалось это скромное угощение не им. Пока дрýжки жениха кормили гостей, сваха — обычно жена тысяцкого — чесала молодым волосы, смачивая гребень в вине и в меду. Так что похвастаться пышной свадебной прической будущая царица, в отличие от современных невест, не могла. Потом на ее слипшиеся волосы накидывали фату, молодых обсыпали хмелем (символом достатка и плодородия) и обмахивали соболями (знаком царственного богатства). Подаркам невеста тоже порадоваться не могла: согласно ритуалу именно она должна была сделать через своего дрýжку подарок царственному жениху. А потом, строго по списку, стольники от имени молодых подносили подарки их родителям и близким.
Венчание проходило в Благовещенском соборе Кремля. А в 1671 году царь Алексей Михайлович перенес его для пущей торжественности в кафедральный Успенский собор, где было принято отмечать особо значимые для страны события. С этого момента свадьба царя из его семейного дела превратилась в дело первостепенной государственной важности.
Зимой жених ехал к венчанию верхом, а невеста в санях. Если же свадьбу играли летом, то молодые попросту шли пешком, взявшись за руки. Им под ноги кидали ковровые дорожки, а над ними по всей Москве звонили колокола.