— Там, — сказал я, указав трясущейся рукой. — Мы должны им помочь.
— Это не наша роль в этой битве, — сказал Ваддерунг.
Еще один крик раздался ниже по улице. На этот раз ошибиться было невозможно.
Это был детский голос, одинокая высокая нота.
— Хосс, — предостерегающе сказал Эбенизар.
Я ничего не видел. Мое видение сузилось до туннеля. Моя грудь вздымалась.
Я посмотрел налево. В туннеле моего зрения Маб казалась тонким бледно-белым силуэтом, с яркими по-кошачьи прищуренными глазами. Она смотрела на меня.
— Мы должны помочь им! — сказал я громче и жесче.
Мэб сверкнула зубами.
Мы не можем, — сказал Эбенизар. — Хосс, их слишком много. Мы не можем вмешиваться пока все не узнаем.
Я оглядел крышу. И сказал:
— К дьяволу вас всех.
После чего сделал то, что подавлял каждый день в течение месяцев.
Я позволил Зимней мантии делать свое дело.
Я прыгнул. Слетел с крыши, размахивая руками и ногами. Ударился о землю. Позволил своему телу прервать падение в точках естественного изгиба. Упал вперед и бросился бежать, двигаясь так же быстро и уверенно, как любое существо в дикой природе.
Раздался тяжелый глухой удар, и тысяча фунтов Реки в Плечах приземлилась рядом со мной. Из его груди вырывалось нетерпеливое, пугающе тектоническое рычание. Впереди меня взорвалась еще одна машина, часть огненного шара зацепила один конец арендованного дома и охватила его пламенем. Неясные нечеловеческие фигуры прыгнули в парадную дверь.
А я, и клянусь-богом-настоящий снежный человек одновременно испустили гневный рев (причем неизвестно чей рев был более впечатляющим), и бросились на захватчиков.
Я учуял их примерно с шестидесяти футов.
Это был дикий, резкий запах, от которого волосы по всему моему хребту встали дыбом. Так участок мозга, отвечающий с начала времен за выживание, «тонко» намекал мне что поблизости источник смертельной опасности. Вы когда-нибудь чувствовали запах логова хищника? Это целая смесь «ароматов» из животного мускуса, мочи, небольшой доли тухлого мяса, слабой сладости костного мозга и резкой сухости треснувшей кости.
Вот такой запах хищника поразил меня, когда мы приблизились к захватчикам — фигурам с массивными, покрытыми мехом телами и узловатыми мускулистыми конечностями. Я хорошо рассмотрел первого из них, когда мы вырвались на тротуар возле осажденного дома.
Существо выглядело почти по-человечески. Кожа цвета мокрого пепла. Рост где-то шесть с половиной футов. Телосложение поджарое как у марафонца или гепарда. В дикую длинноволосую гриву вплетены перья и когти. Рога оленя либо вырастали из его черепа, либо каким-то образом были привязаны к голове. Тяжелая меховая накидка поверх такого же длинного плаща давала тощему телу существа определенную защиту. В руках оно держало длинное копье из какого-то почерневшего металла.