Листая страницы сербской истории… (Авторов) - страница 51

Сербия Неманичей решительно встала на сторону православного Востока. В то же время правителям удавалось поддерживать хорошие отношения с Западом путём заключения династических браков. Папы выступали против таких союзов, требуя, чтобы, беря в жены католичку, не только жених, но и свёкор принимал римскую веру. Папа Иоанн XXII требовал от Филиппа Тарентского, латинского монарха, чтобы тот объявил войну королю-схизматику Милутину, а германскому королю Фридриху Красивому восторженно сообщал, что венгерский король Карл Роберт отобрал у Милутина Мачву, в которой начала распространяться католическая вера. Папа рассчитывал, что чешский и польский короли тоже присоединятся к антисербской коалиции, но Милутин изгнал венгерскую армию из своих земель.

Важно подчеркнуть, что Неманичи были предельно толерантными в религиозном отношении. Все проживавшие в Сербии католики – от саксонцев-рудокопов до купцов из Дубровника – могли не только беспрепятственно исповедовать свою веру, но и иметь своих священников. Единственно, им запрещалось переводить православных сербов в «латинскую ересь». Законник Душана приказывает тем, кто «перекрестился», вернуться в свою церковь. А латинских священников, занимающихся прозелитизмом, следовало строго наказывать.

Венгерские правители не успокаивались. Король Лайош I писал папе Иннокентию IV, что собирается в поход против Рашки (Сербии), а в 1366 г. крашовскому жупану в Банате приказал заточить всех православных священников вместе с семьями, а на их места поставить католиков, которые «схизматиков» приведут к Риму. Как только царь Душан умер, Лайош в 1356 г. в Загребе объявил о начале войны с сербскими схизматиками. Однако ему, вопреки усилиям папы, не удалось получить помощь от Венеции, которая была в хороших отношениях с Сербией. Поэтому вместо Сербии Лайош нападает на Венецию. А спустя два года опять отбирает Мачву у сербов.

После всего вышеописанного римская вера стала крайне непопулярна среди православных сербов. Как поётся в старой песне, которую и сегодня часто цитируют, «латиняне – старые обманщики». В конце 30-х гг. XV в. деспот Джурадж Бранкович отказался от предложения византийского императора Иоанна Палеолога (серба по матери, происходившей из знатного рода Драгашей) послать своих делегатов во Флоренцию и Феррару для участия в переговорах с папой Евгением IV о заключении унии. Когда в 1455 г. известный францисканец Иван Капистран предлагал деспоту принять унию и обеспечить себе тем самым помощь Запада, Джурадж отвечал, что он веру своих отцов всегда хранил и до глубокой старости уважал, поэтому его подданные считают его правителем хоть и неудачливым, но разборчивым. А если бы он перед смертью поменял убеждения, «посмотрели бы на него, как на старца, утратившего рассудок». Мавро Орбини в «Королевстве славян» приводит его слова: «Я бы скорее согласился умереть, чем предать заветы своих предков».