— Молодой человек!.. Да вы! — неожиданно перехватил мой блуждающий по аудитории взгляд Крыс. — Почему не записываете?
— У меня паста в ручке кончилась, — ничуть не смутившись, тут же откликнулся я.
— На такой случай, у прилежного студента должна быть запасная! — попенял старик.
— Выходит, я не прилежный студент, — пожал плечами я.
— Так! Вы что, намереваетесь сорвать мне лекцию?! Попросите ручку у соседа!
— Не люблю просить. Пойду, пожалуй, лучше, новую куплю, — неожиданно для самого себя вдруг нагло подытожил я нашу короткую перепалку.
Сунул тетрадку в рюкзак и, поднявшись, зашагал на выход.
— Это возмутительно! Как ваша фамилия?! — заблеял ошарашенный моей выходкой перепод.
Перекошенное от гнева лицо Крыса, подсвеченное голубыми точками уязвимости, превратилось в уморительную маску. Не сдержавшись, проходя мимо, я хохотнул над ужимками старика.
Увы, кроме меня, подсветку на лице препода никто не видел. Потому одногруппники причины моей веселости не поняли.
— Капустин, ты че творишь! — крикнула мне в спину Сонька Нивмержицкая — староста нашей группы.
Я выскочил в коридор и, обхватив левой ладонью большой палец с кольцом, первым делом отменил действие коварной функции.
С начала пары прошло всего полчаса. И, поскольку возвращаться обратно на лекцию я не планировал, до следующей пары у меня появилось больше часа свободного времени.
Я решил провести его с пользой, и позавтракать. В общаге, из-за паршивого самочувствие, утром я поесть не успел, а неподалеку от института располагалась отличная бургерная.
Бургеры там стряпали очень аппетитные, и в меню их было десятка три — на любой вкус. Однако цены на подавляющее большинство этих гастрономических изысков хозяева заведения заломили просто космические. Со своим скудным бюджетом я мог позволить себе лишь раз в неделю полакомиться там самым дешевым бургером. Но, с легкой руки Митюни, вдруг в одночасье сказочно разбогатев, сегодня я решил шикануть и оторваться по полной.
Заказав здоровенный двойной черикрабсбургер — самый дорогой бургер в заведении — с большой тарелкой картошки фри и стаканом колы, я тут же расплатился, небрежно бросив на кассе две купюры по десять евро и, вальяжно отмахнувшись от сдачи, сел за пустой столик у окна.
Коротая время в ожидании заказа, вытащил айфон, и стал листать ленту в тик-токе, останавливаясь на приглянувшихся клипах, и угорая над ржачными видосами.
— Ей, мажорчик, дай телефон позвонить, — раздался вдруг рядом незнакомый наглый голос. — А то мой разрядился.
Я так увлекся просмотром очередного клипа, что не заметил, как ко мне за стол подсело двое парней лет двадцати. Мало того, что они были старше, еще и выглядели гораздо здоровее — рукава их спортивных кофт едва не лопались на внушительных бицепсах. Небритые хари молодчиков скалились в приветливых лыбах, но волчьи глаза зыркали с лютой злобой.