Короче, обе авантюристки, каких поискать. И что теперь с ними делать, как привести к какому-то общему знаменателю, неизвестно. Однако, в любом случае, прежде чем «приводить» и искать «знаменатели», их надо, как минимум, вылечить. Так что, пока Сапхат занимался Борсом, я отправился в другое крыло проведать обеих.
На входе в «женскую» реанимацию дежурила не то санитарка, не то медсестра в белом халате и… с «карамультуком» наперевес.
Да уж, серьёзно у них тут всё, даже медперсонал с оружием ходит.
К счастью, преграждать мне дорогу она не решилась (всё-таки целый барон, а не хрен с бугра). Потребовала только тоже халат надеть и руки как следует вымыть. Про обувь, правда, забыла, но свои замызганные грязью и кровью «берцы» я ещё в шаттле сменил. Знал, что во всякой больнице асептика и антисептика — первое дело, пусть даже болезни у некоторых пациенток больше «энергетические», нежели всякие «бактериально-вирусные» или «требующие неотложного хирургического вмешательства».
Первой я навестил Анциллу.
Взял стул, поставил его перед кроватью и долго сидел, глядя на закрытое маской лицо, пытаясь представить, что я скажу ей, когда очнётся…
Или наоборот, чего не скажу.
Зачем говорить о том, что и так понятно? Что стало понятно ещё тогда, когда впервые увидел её на «Полигоне-6», но почему-то не верил, что это возможно. Гнал от себя крамольные мысли, считая что это всего лишь похоть. Просто похоть и ничего больше. Придумывал кучу отмазок, старался казаться циничным, как все. И даже когда мы остались наедине в гостинице для свиданий после совершенно безбашенной гонки на флаерах и перестрелки, всеми силами пытался не перейти черту, из-за которой хода назад уже не было… И дальше, когда возвратился с Флоры, снова начал чудить, опять принялся убеждать себя в том, что мы друг другу не пара…
Ёлки зелёные! Да я и сейчас продолжал это делать! Получая, б…, едва ли не удовольствие от этого идиотского и абсолютно бессмысленного сеанса душевного мазохизма…
Словом, из палаты я вышел с тяжёлым сердцем. И чувствовал себя при этом почти что предателем. Я никогда не смог бы оставить её, но и отпустить от себя, наверное, тоже. Такая вот, понимаешь, дилемма…
И ведь что отвратительно, точно такие же мысли крутились теперь в мозгу и в отношении Пао. Из-за этого я даже не стал заходить к ней. Остановился в дверях и так же, как с Ан, долго смотрел на закрытое маской лицо. А потом повернулся и молча вышел.
Ну, не могу я любить сразу двух женщин…
Или могу, но просто не знаю, как…