Птичья трель раздалась совсем близко, словно пропела она ее мне на ухо, и в следующий момент на поляну спланировал физил. Он плавно сложил крылья, повернул голову и зыркнул на меня по драконьи. А потом «запел».
– Так это ты?! – опешила я.
Кто бы мог подумать, что звуки, сравнимые разве что с пением соловья, может издавать такое на вид хищное пернатое.
– Гавл? – так, кажется, Келс его называл. – Так ты тут единственный, кто может видеть меня?
С момента появления физила я страха не испытывала, а уж когда он приблизился ко мне и положил голову, увенчанную симпатичным гребешком, ко мне на колени, то и вовсе растаяла от умиления.
– Да ты оказывается нежный до невозможности, – погладила я его по ярким перьям, наслаждаясь их прохладной шелковистостью. – Надо же… Как жаль, что с тобой нельзя поговорить.
«Ты можешь сделать это со мной».
Келс вышел из-за деревьев. Физил сразу же встрепенулся и поковылял к нему. Получалось у него это довольно неуклюже. Толстые перепончатые лапы словно не шли ему.
– Я ушла слишком далеко и надолго? Это нарушает условия моего пленения?
Не ожидала, что принц придет за мной так рано. Возвращаться во дворец не хотелось совершенно.
«Я уже говорил тебе, что ты не пленница и вольна делать все что захочешь».
– Но уйти я не могу? Ведь так?
«К сожалению, не можешь».
Его равнодушие граничит с цинизмом! Он рассуждает так отстраненно, словно речь идет не обо мне и говорит все это он не мне.
– А потом? Когда ты добьешься своего, что станет со мной?
Келс вздохнул и опустился прямо на песок, возле моих ног. В моей же голове мелькнула совершенно идиотская мысль, что он испачкает свой черный костюм.
«Что ты знаешь о нас?» – в упор посмотрел на меня он.
Собственно, знания мои были ничтожны. Кроме сэра Берингара никто и ничего про гархалов мне не рассказывал. Ну а маг был вообще довольно скуп на слова.
Келс внимательно выслушал мой короткий рассказ и какое-то время пребывал в задумчивости. Я еще раньше заметила, что в такие моменты он прижимал два пальца правой руки, указательный и средний, к мысу на лбу. Интересно, зачем?
«Так ты считаешь нас злодеями?» – заговорил он.
– А как еще можно назвать тех, кто лишает людей разума и обрекает их на бессмысленную жизнь?
«Мы не доводим людей до сумасшествия. Если это и случается, то очень редко и по неопытности гархала. Значит, он не рассчитал свои силы и не прервал связь вовремя. Но повторюсь, такое возможно лишь в исключительных случаях».
– Получается, сэр Берингар обманул меня? – с недоверием спросила я. – И зачем ему это? И почему тогда люди бояться выходить на улицу по ночам? – спохватилась я.