«Я — отличная приманка для Люкиэля», — осознала Таня.
— О чём так глубоко задумалась? — вырвал её из мыслей голос Гордеона.
— О любовном привороте, — хрипло ответила Таня и закашлялась. Перевела дух и залпом допила остывший чай. — Люкиэль обязательно подойдёт к девушке, к которой приворожён.
Четверо полицейских с сожалением качнули головами, Амели просветила Таню:
— Приворот, конечно, страшная сила, выманить приворожённого можно даже по изображению объекта приворота, вынудить его искать этот объект. Однако приворот по стереоснимку не наложишь, иначе отдел расследования магических преступлений был бы под завязку завален нераскрытыми делами. Любовное зелье должно быть выпито обеими сторонами приворота, и задача подлить зелье бывшему лорду сложнее задачи просто отыскать его.
Идея приманки оказалась осуществима. Таня оторвала взгляд от паласа на полу, посмотрела в глаза Гордеона и произнесла:
— Люк его уже выпил. Он приворожён ко мне.
Казалось, её слова зависли в воздухе — настолько затянулась пауза, пока все осознавали сказанное ею и проникались мыслью, что она не шутит. Амели сильно удивилась, от Хвара и Грона пошла волна неодобрения. Свои эмоции оборотень тут же пресёк и «выключил» запах, заставив Таню позавидовать такому умению, а Грон продолжал излучать осуждение, которое выразил в словах:
— Приворотная магия запрещена всекосмическим законодательством. Ты должна была дать осознанное согласие на такой приворот, зная при этом, что это серьёзное преступление против личности! Ты должна была добровольно взять на себя всю ответственность за это деяние: этот пункт должен был быть прописан в магическом договоре при одностороннем влиянии на объект.
— Да, Набарр предупреждал, что за принудительный приворот до пяти лет лишения свободы дают, — горько улыбнулась Таня. Легко ему говорить о добровольности её согласия!
Она постаралась уловить эмоции Гордеона, хоть и полагала, что он тоже позаботился скрыть их, как Хвар. Но нет — её оборотень излучал прежнюю горячую симпатию к ней и нотку искреннего сочувствия, а поймав её удивленно-обнадёженный взгляд, улыбнулся:
— Я давно догадался о привороте, Таня. Скажи, сейчас, по-твоему, я должен был поверить, что ты по девичьей глупости захотела прибрать к рукам красивого эльфа в надежде разделить с ним трон? Что настолько увлеклась смазливым личиком, что по доброй воле связалась с магом, чтобы он совершил преступление и наложил приворот? При этом дала себя обмануть и использовать в чужих целях, заселив в собачье тело? Таня, ум и характер разумного существа не меняются при переходе в другую ипостась, а ты и в теле собаки вела себя, как разумная, осторожная, добрая и храбрая девочка, которая точно не пойдёт на преступление ради своекорыстных интересов.