Оля только вздохнула, словно вся тяжесть вселенной навалилась на нее разом. Пока сдавала книги, Лавров ожидал ее у двери, держа в руках сумку с ноутбуком и не спуская с губ идиотской и какой-то странно-счастливой улыбки. Она все еще не верила, что подчинилась ему без лишних слов. Мямля! Тряпка! Уже и мнение свое отстоять не в состоянии из-за подавляющей бешеной энергетики неотразимого мажора.
— Только предупреждаю, Лавров, если ты потянешь ко мне свои загребущие руки, я за себя не ручаюсь! — с чувством высказалась Оля, усаживаясь в его машину.
— Тебе клятву на крови принести? — спросил он, не скрывая своего торжества.
— Э… я передумала, дай мне выйти! — взвизгнула девушка. Не успела коснуться рукой двери, как взревевший автомобиль дернулся с места. — Ты настоящий беспредельщик в законе! Кроме того, я купила себе новый электрошокер.
— Не обольщайся, Медведева. Кроме того, милая, если я чего-нибудь захочу, твоя игрушка меня не остановит.
Оля бросила на него какой-то затравленный взгляд и вжалась в дверь. Закусив губу, она отвернулась в окно, совсем не понимая ни себя, ни реакцию своего тела на слова мажора. Почему все в ней дрожит от предвкушения?! Противный мажор владеет какими-то гипнотическими методиками, это однозначно. Неожиданно теплая ладонь Артёма нашла ее ладошку и сжала; Оля непроизвольно упокоилась. Но когда его большой палец начала вырисовывать нежные чувственные круги в центре ее ладони, по коже девушки побежали мурашки. О Господи! Знал бы кто, до чего ее будоражили именно такие прикосновения Лаврова! Они нравились до умопомрачения. Смущали, словно она была какой-то наивной школьницей.
— Расслабься, Оля. Я действительно приглашаю тебя всего лишь на кофе, — тихий смеющийся голос наполнил салон машины.
Она осторожно высвободила свою руку и полезла за сотовым. Не удержалась от язвительного замечания:
— Предупрежу маму, чтобы знала, где меня искать в случае чего.
— Как приличный человек, я тебя уже отпросил у твоих родных на весь вечер.
— Ты — что? — Оля развернулась вполоборота и умудрилась упереть кулаки в бока от возмущения. Шумно выдохнув, она обреченно вернулась в исходное положение, откинулась на спинку и проворчала: — Все правильно, мое мнение вообще всем по барабану.
— Не дуйся, Оля. Я признателен тебе за внимание и проявленную заботу после аварии, — просто сказал Лавров.
Остаток пути проделали в молчании, разбавленном негромкой приятной музыкой, лившейся из динамиков.
— Артём, а что ты решил с виновником аварии сделать? — неожиданно для себя спросила Оля.